Почему-то рядом с рыжим хотелось язвить и быть не Любой Метелицей, а Любовью на сладкое или того хуже — Язвой на закуску. Пусть Холодов сейчас обыкается!
В безмятежном взгляде рыжего проскользнуло что-то такое, чего точно стоит опасаться. Любовь на сладкое, может, и потягалась бы с «достоянием», но Любе Метелице нужно торопиться.
Рыжий не отстает, идет рядом, а я лихорадочно ищу глазами вывеску «Жар-птица». Должны же быть какие-то опознавательные знаки.
Нашла! Выхватываю взглядом название на стене. Двенадцатый этаж. Круто, лифты тут же, рядом.
— Кир, мне пора, — бросаю через плечо, а сама быстрым шагом направляюсь к толпе людей, так же, как и я, мечтающих оказаться на нужном им этаже. — Может, увидимся еще.
— Легко, — прозвучало за спиной.
Толпа офисных сотрудников внесла меня в только что открывший свои двери лифт, и лишь внутри я вспомнила, что рыжий мне так и не сказал, что делает здесь.
Впрочем, о наглом брате Инны я забыла довольно быстро — сразу же, как оказалась напротив усталого и очень суетливого мужчины в светло-сером костюме и белой рубашке с расстегнутыми пуговицами у горла. Галстука не наблюдалось, хотя я почему-то была уверена, что он точно присутствовал на нужном месте с утра.
— Значит так, Люда. — Он прикрыл глаза и шумно вдохнул, а я побоялась его поправить. — Работы много, она неинтересная и муторная. Если голова забита романтикой, то сразу на выход. Но если мозги в норме, тогда приживешься.
Сижу слегка опешившая от такой откровенности. Я как-то немного по-другому представляла себе интервью в солидной компании, но кто знает, как должно быть правильно?!
— Будешь работать у меня, в основном почту разбирать, документы отправлять и получать, будешь помогать заключения составлять. Это если кратко. Это на полдня. Проявишь себя — пойдешь помощником, месяца через три-четыре. Нет — вылетишь как пробка. Вопросы?
Я не сразу нашлась что ответить — перед собеседованием у меня были десятки, а то и сотни вопросов, но после такого приема в голове пустота.
— Молодец. Соображаешь. — Мужчина, кажется, его зовут Сергей Львович, слишком быстро протараторил имя, когда я вошла. А переспрашивать у меня язык не повернулся. — По окладу: он небольшой, точную сумму тебе эйчар скажет, если притащит сюда свой… свою персону. А лучше наберет тебе. Мнения ее не нужно, пусть тебя оформляет лучше. Когда сможешь приступать?
В полнейшем шоке выхожу из переговорной, куда уже после меня залетает высокая блондинка с короткой стрижкой. На автомате спускаюсь на первый этаж, крепко сжимая в ладони телефон. Марат говорил, что он занят, но и просил сразу набрать ему, поделиться впечатлениями. Их у меня хоть отбавляй.
Отвечает сразу, первый гудок еще не прошел в трубке, а я уже слышу его нетерпеливое «ну как?».
— Не знаю даже. Вроде хорошо прошло. Но я не ожидала… это нормально, что меня не спрашивали ни о чем?
— А смысл? Первое впечатление явно хорошее, по-другому с тобой и быть не может. А дальше — это только в работе понять можно. Ты довольна?
— Да… — Помолчала и добавила уже более уверенно: — Да! Я очень не хочу, чтобы ты за меня краснел.
В телефоне повисло молчание, а я запоздало зажмурилась, пытаясь понять, что лишнее ляпнула.
— Это невозможно, Люба, — заверил он и тут же спросил: — Давай завтра встретимся? Через час у меня совещание — не знаю, когда с него выберусь.
— Давай, конечно. И еще раз спасибо. Ты не представляешь, как много ты для меня делаешь.
— Это ты не представляешь! До завтра.
Зависаю на пару минут, размышляя о его словах, а потом, так ничего и не придумав, решительно выхожу из здания.
И зажмуриваюсь. Снова.
Конечно же, здесь нельзя парковаться, таким понтовым байкам так точно. Конечно же, девчонки, вышедшие на перекур, обступили его плотным кольцом. Но не настолько плотным, чтобы я смогла проскочить незаметно.
— Люба! Поехали.
Вообще, вот такая категоричность начинает немного выбешивать — привык, наверное, что все вокруг из штанов выпрыгивают от одного его взгляда, но ведь не у всех мозг спрятан в нижнем белье!
Догоняет меня уже на светофоре — мотоцикл рычит, я не сразу разобрала, чего Кир хочет.
— Инка просила тебя отвезти в центр. Ты там что-то забыла на своей ботанике.
Хамло рыжее.
— Это не ботаника, Кир. Мне Инка ничего не говорила.
Пожимает плечом, а потом кивает назад — типа, молчи и прыгай мне за спину. Отворачиваюсь и смело топаю к остановке. А через секунды с ревом мимо меня проносится чудо американского автопрома.
Догадаться проверить мобильный я смогла лишь в автобусе. И ведь прав был Кир. Инка фотку прислала моей рабочей тетради, а там — наработки для домашнего задания. Надо возвращаться.
— Спасибо, что забрала с собой, — благодарю приятельницу, стараясь не смотреть на ее брата. Кир, конечно же, добрался быстрее, и я могла бы, если бы села на его мотоцикл.
— Да без проблем. Мне несложно, я сама не сразу заметила, а потом смотрю — твоя подружка Янка крутится у нашего стола.
Сердце тревожно забилось.
— Она не смотрела тетрадь?
— А там есть что-то непристойное?
