ГРИНЬОЛИНО
ПИНО. Ну, вот, Гриньолино попался! Все идет как по маслу, только вот…
ЗИНФАНДЕЛЬ. Кому, Гриньолино?
ПИНО. Нет, тебе. Я вовсе не Пино. То есть, конечно, я Пино, но не тот, а этот — в общем, я младший брат Гриньолино.
ЗИНФАНДЕЛЬ. Ты — Болардо! Но даже если бы ты был сыном дьявола, я бы не разлюбила тебя.
СЕЭРА. О — о! Кажется, я наконец-то потанцую на вашей свадьбе!
ПИНО. Чего ты ждешь, Сеэра! Беги, и зови Тартальо!
СЕЭРА. Этот зануда священник! Где он может быть…
ПИНО.
ЗИНФАНДЕЛЬ. А что будет с Гриньолино и Арле Кино?
ПИНО. Немного выдумки, — и мы все устроим! Смотри.
ЗИНФАНДЕЛЬ. Ты — чудо, Пино!
ПИНО. Это все потому, что я люблю тебя!
БОЛАРДО. Отдавай триста акров!
ПАНГРАЦИО. Ты ничего не получишь!
БОЛАРДО. А как же сделка! Твою дочь не найти. Ты должен все подписать!
ПАНГРАЦИО. Мошенник! Ты думаешь, а я не знаю, что это ты украл мою дочь, чтобы заполучить виноградник для своего идиота Гриньолино.
БОЛАРДО. Отдай триста акров — и дело с концом!
ПАНГРАЦИО. Сначала воду!
ВОЛШЕБНИК. Простите, джентльмены, но так себя не ведут, особенно во время спектакля.
Забудьте ссоры
ПАНГРАЦИО И БОЛАРДО
ВОЛШЕБНИК. Я тот, кто благие намерения примиряет с добрыми делами.
ПАНГРАЦИО. Судья!
ВОЛШЕБНИК. Если хочешь…
ПАНГРАЦИО И БОЛАРДО
ВОЛШЕБНИК. Джентльмены! Ведите себя достойно!
БОЛАРДО. Какой странный вкус! Ты не знаешь, что мы такое пили? А неважно. Мне давно надоело хорошее вино.
ПАНГРАЦИО. Один чудак сказал: «Если ты винодел, оставь детям деньги, но вино выпей сам».
ВОЛШЕБНИК. Право же, в стакане воды видишь себя, а в стакане вина — лицо дурака.
ВОЛШЕБНИК
БОЛЛИ. Мы из сна — мы есть и нас нет… Но мы не готовы… Мы хотели попозже.
ПЭНСИ. И декорации не те: все ненастоящее, а нам нужна стена. Из чего мы сделаем сцену?
БОЛЛИ. Разве ты сможем сыграть трагедию, когда идет фарс?
ВОЛШЕБНИК. Вы из сна и вам все подвластно. Начинайте, а я помогу.
ПЭНСИ И БОЛЛИ
ВОЛШЕБНИК. Итак, начинаем!