Любовь на винограднике полностью

Слева в маске появляется ГРИНЬОЛИНО. Справа в масках и с бумагой — документом в руках появляются ПИНО с АРЛЕ КИНО.

ПИНО. Господин, Вы не Гриньолино Болардо?

ГРИНЬОЛИНО. Да, я сановитейший и родовитейший адвокат Гриньолино Баналь Болардо.

ПИНО толкает сопротивляющегося АРЛЕ КИНО с документом вперед.

ПИНО. О, очень хорошо. А это известнейший адвокат Арле — Парле — Кино. Он представляет интересы господина Панграцио, который обещает вам триста акров лучших земель, если вы откажетесь от руки его дочери Зинфандель.

АРЛЕ КНИО. А уж как бы вы порадовали этим своего отца господина Болардо, ничего и говорить!

ГРИНЬОЛИНО. И не подумаю, господа.

АРЛЕ КИНО. Гриньолино, лучше подумай, а не то… гм… хм… Простите, господин Болардо, мен кажется, в ваших интересах согласиться…

ГРИНЬОЛИНО. Я бы поторопился, если б согласился, поэтому я не соглашусь.

ПИНО тем временем несколько раз преграждает ГРИНЬОЛИНО путь. Пока тот не проводит на земле черту.

Только попробуйте переступить эту черту, господа…

ПИНО переступает. ГРИНЬОЛИНО тоже переступает, чтобы снова оказаться с ним лицом к лицу. Это повторяется несколько раз.

ПИНО. Вы что, будете танцевать или подписывать? Вот вам ручка.

Чтобы покончить с делом, ПИНО достает ручку, а АРЛЕ КИНО прикладывает бумагу к лицу ГРИНЬОЛИНО. Тот начинает бегать от них по всей сцене.

ГРИНЬОЛИНО. А — а, ручка, гениальное изобретение XII века. Одному законнику пришла в голову мысль узаконить свои законы. А проще, внести поправки в уже существующие. А как внесешь? И он придумал стило, то есть перо — с тех по написанное пером не вырубишь топором. Перо, ручка с чернилами или без в юриспруденции очень почтенны: хочешь — защитишь, хочешь — обвинишь, а уж когда счет выписываешь, тут без нее никак не обойдешься!

Разворачивается и начинает наступать на АРЛЕ КИНО и ПИНО.

Очень удобно, когда придумываешь дополнительные пункты обвинения. Тут бледно — голубые строчки начинаю прыгать в главах подзащитного и сами собой превращаются в денежные знаки. Удар наносишь по самому уязвимому месту — по кошельку. И ты доволен, и подзащитный рад…

АРЛЕ КИНО с трудом выдерживает эту тираду, пытаясь увернуться. В конце концов останавливается и с усилием вкладывает ручку в руку ГРИНЬОЛИНО.

АРЛЕ КИНО. Да замолчите же, наказание, а не человек! Вот Вам ручка и подписывайте!

ГРИНЬОЛИНО. Не заставляйте меня делать то, чего я не хочу. Вы играете с огнем. Если я потеряю терпение, то за последствия не ручаюсь. И вообще с какой стати семья Панграцио отказываться от такой выгодной партии?

ПИНО наконец удается подтолкнуть ГРИНЬОЛИНО к АРЛЕ КИНО.

ПИНО. Значит, вам не нужны триста акров.

ГРИНЬОЛИНО. Не делайте из меня дурака. Я юрист. А юрист в такой ситуации подпишет только денежный чек.

ПИНО и АРЛЕ КИНО уже почти ловят ГРИНЬОЛИНО. Когда на сцене появляются БОЛАРДО и ПАНГРАЦИО.

ПАНГРАЦИО. Болардо!

БОЛАРДО. Панграцио! Твоя упрямая дочь наотрез отказалась знакомиться с моим сыном Гриньолино.

ПАНГРАЦИО. Я же тебе сказал, что все будет в порядке. Где вода?!

БОЛАРДО. Какая вода? Сначала триста акров!

Делает грубый жест, поднимая левую руку к правому плечу и резко ударяя по ней правой рукой. Вцепившись друг в друга, они катаются по полу. Все бросаются их разнимать. ПИНО и АРЛЕ КИНО уводят БОЛАРДО за кулисы. ГРИНЬОЛИНО помогает ПАНГРАЦИО встать и снимает маску. Возвращается ПИНО и, спрятавшись, подслушивает их диалог.

ПАНГРАЦИО. Спасибо за помощь, любезнейший. Мы с Болардо давно не в ладах, но мне впервые удалось задать ему такую хорошую трепку. Благодарю. Вы были очень внимательны… Э, да это никак…

БАРБЕРА. Право, я иногда рада, что сейчас засуха, не то бы приказал подать простую воду.