– Он уже неделю в отеле живет, – Бретт сел на стул рядом и протянул мне воду. – Мы начали ходить к психологу. Всей семьей.
– Ого! И как тебе сеансы?
– Хороший способ потратить двести долларов. В остальном – смысла никакого. Мама все время плачет. Папа твердит, как ему жаль. Раньше надо было жалеть, а не когда тебя
Я взяла последний кусочек пиццы.
– Моя мама так ни разу и не сходила к психологу. Но я как-то видела, как она читает книгу по самопомощи. Она называлась «Дети и развод» – или как-то так.
– Ух ты. И что, помогло?
– Видимо, моя любовь к книгам генами не обусловлена. Мама предпочла кулинарию. Но зато у нас теперь есть «котики с вареньем», так что не жалуемся.
Выражение лица Бретта стало мечтательным, словно и он теперь грезит об этих волшебных пирожных. Надо было захватить ему парочку. Всяко лучше, чем швырять человеку в лицо учебники прямо с порога. Кстати, о лице: оно было совсем близко. А глаза завораживали. Я всегда думала, что сильнее всего люблю его улыбку. Но глаза… они были бесподобны.
– Что ты на меня пялишься?
– На твои глаза, – поправила я. – Еще до нашего знакомства я часто слышала, как девчонки о них болтают.
– О моих глазах? – он изумился. – Не о футбольных талантах и великолепном теле?
Я рассмеялась.
– Нет! О глазах!
– Что ж, признавайся, Бекка. Что они такого говорят о моих глазах?
– Что они очень необычные. Мечтательные. Такие красивые, что дух захватывает.
– Правда? – спросил он, поигрывая бровями. – А ты что о них скажешь?
Я проглотила ком, подступивший к горлу, и ответила:
– Они прекрасны. Словно спокойный океан.
– Океаны таят в себе опасность.
Мне начинало казаться, что то же можно сказать и о Бретте. Или по меньшей мере о чувствах, которые он во мне пробуждал. Я будто стояла у края обрыва. Или неслась на полной скорости вверх по американским горкам.
– Слушай, а хочешь прогуляться? – неожиданно спросил он.
– Сперва надо эссе закончить!
– Да мы всего на часик. Потом доделаем.
Ну как тут было отказаться?
Я так давно не видела его радостным, что согласилась бы на что угодно, лишь бы он и дальше таким оставался.
Бретт протянул мне руку, и я взялась за нее.
В итоге мы оказались «У Финча» – в единственном книжном, который только был в нашем городке. У двери Бретт остановился и с торжественным видом раскинул руки, расплывшись в улыбке.
– Та-да-а-а!
– Ты… привез меня в книжный? – спросила я и перевела непонимающий взгляд с Бретта на дверь. – Тебе нужны книги для эссе?
– Не-е-е-ет! – протянул он и шагнул ко мне. – Я хочу тебя отблагодарить, Бекка. Ты помогла мне с учебой, приходила на мои матчи и в игровой зал. Ты столько всего для меня сделала. Пришел черед порадовать тебя. Тебе так не кажется?
Спорить с таким заявлением было сложно.
Мне ужасно хотелось поскорее попасть внутрь.
– Что-то не пойму, тебе нравится эта затея или нет? – произнес Бретт.
Тут я уже не выдержала. Крепко обняла его, прижалась к его груди.
– Очень нравится! Спасибо тебе. – Но сильнее всего мне нравилось то, что пропасть, разверзшаяся между нами, почти совсем исчезла.
Мы простояли так пару мгновений, а потом Бретт сказал:
– Тебе, небось, не терпится ворваться внутрь и изучить все полки, а?
– Еще как. Да.
Он открыл передо мной дверь и мягко меня подтолкнул.
– Повеселись на славу!
Я вбежала в магазинчик. В зале было пусто, если не считать самого мистера Финча, который стоял у кассы и боролся со сном. Он приветливо мне помахал – я здесь была, мягко говоря, постоянным клиентом, – и я отправилась разглядывать книги. Бретт поспешил за мной. Мы, наверное, целый час бродили между бесчисленных полок. Все было точно в волшебном сне, аж дух захватывало – совсем как от глаз Бретта. Я вслух зачитывала аннотации к каждой книге, дожидаясь одобрения Бретта. Если он кивал, я клала ее к нам в корзину. Если морщил нос – а так случалось чаще всего, – ставила обратно на полку.
Бретт оказался очень придирчивым. Чего не скажешь обо мне. Мне было не до капризов, ведь после массовой бумажной казни на мосту я нуждалась в новых книгах. И теперь, конечно, жалела о содеянном.
– Какую книгу ты прочел последней? – спросила я у Бретта.
Он взял книгу с полки, закатил глаза, вернул ее на место.
– «Ромео и Джульетта».
– Бретт, это же нам по программе задали!
– И что! Все равно считается!
Нет, конечно!
К кассе я подошла с четырьмя книгами в корзине.
– И за сколько ты их прочтешь? За несколько недель? За месяц? – полюбопытствовал Бретт, пока мистер Финч пробивал покупки.
Я фыркнула. Как мало он обо мне знает.
– А неделю не хочешь?
– Тридцать пять долларов двадцать один цент, – объявил мистер Финч.
Я потянулась было за кошельком, но Бретт остановил меня.
– Я заплачу, – сказал он. – В знак благодарности. Ты что, забыла?
– Спасибо.
Он молча улыбнулся, но улыбка эта была красноречивее любых слов.
