– Источником Пятна оказались мы. Тринадцать магистров, которые заключили договор с Тьмой, но вместо ожидаемой силы и власти получили наказание от самого Мироздания – во искупление своего проступка мы стали щитами для миров, пострадавших от нашего зла. Холодными драконами. Теперь ты понимаешь, почему только тринадцать первых драконов могли общаться между собой, даже находясь по отдельности, каждый в своём мире? Все вновь прибывшие не были включены в наш круг силы.
Адденривейрус успел о многом подумать, кое-что предположил, но одно дело догадки, а другое – услышать голую правду. Не слишком приятную.
Что ж, правда всегда лучше. Ну… почти всегда. С некоторых пор он стал немного философом.
– С твоим появлением мы узнали, что в драконов превращались дети тринадцати магов, пошатнувших равновесие Мироздания. Если точнее, их сыновья. И внуки.
А вот этого Адденривейрус предположить не мог, и теперь весь обратился в слух, а Эсстериллиан резко повернулся к нему, буквально впившись испытующим взглядом.
– Да, мой мальчик. То, что ты оказался на Деймариине – полностью моя вина. Ты – мой сын. Единственный.
На лице Адденривейруса не дрогнул ни один мускул, лишь потемнели серые глаза, тем самым сделав его чуть более похожим на человека, стоящего у окна.
– Почему же я не вспомнил этого, когда вспомнил всю свою прошлую жизнь?
Эсстериллиан горько усмехнулся.
– Потому что я рано оставил тебя и твою мать ради совершенствования магического искусства. Ты ведь помнишь, сын, насколько сильны маги в нашем родном мире? И как все гонятся за всё большей силой, потому что имеющаяся кажется ерундой, пустяком, не стоящим внимания.
Адденривейрус неохотно кивнул, наблюдая не менее проницательным взглядом, как… отец… возвращается в кресло, поднимает серебряный кубок и резко опрокидывает, выпивая его содержимое до дна.
– Мне осталось не так много времени, – чуть тише сказал Эсстериллиан, – Нашим сыновьям и внукам будет дан выбор – остаться в тех мирах, которые вы защищали, найти любой другой или вернуться на родину. Нас же, зачинщиков, ждёт медленное угасание здесь, на Деймариине. Ты не думай, – вдруг вскинулся он, – я не считаю это решение несправедливым. Но… так хотелось увидеть твою избранницу. И… твою мать.
Адденривейрус смотрел на отца и не знал, что сказать. Этот человек когда-то был его учителем, как он сам был учителем Джериномониса. Их связывали крепкие узы драконьего братства. Но родным… близким он его не ощущал. Если говорить честно, сейчас в его жизни присутствовал только один близкий человек – Ника.
При воспоминании о любимой жёсткое лицо Адденривейруса смягчилось, на губах промелькнула тень улыбки, и Эсстериллиан, заметив её, тоже улыбнулся.
– Я надеюсь, сын, что ты не станешь держать на меня зла. Это я настоял, чтобы для исполнения пророчества выбрали тебя, и не ошибся. Ведь не зря оно пришло к нам именно с тобой… Пророчество было дано, потому что настало время. По законам Мироздания мы сполна искупили свою вину. Для освобождения поражённых миров один из нас должен был найти истинную пару, но это было невозможно из-за проклятья вечного одиночества – так мы называли неумение драконов любить. Мы придумали, как его нейтрализовать. По нашей задумке частица твоей души должна была сама притянуться к твоей истинной, а потом соединить вас.
Эсстериллиан вздохнул и покрутил головой, словно отгоняя неприятные мысли.
– Но заклинание, подкинутое чёрным магам из Адейро, сработало не совсем так, как планировалось. Оно не должно было притянуть свободного хранителя, но притянуло. В итоге ты лишился сути дракона, а Джериномонис стал постоянным хранителем твоего мира. Искусственным хранителем, из-за чего пришлось проводить отборы и использовать местных девушек в качестве преобразователей драконьей силы. Это заклинание не должно было превратить самих магов в бессмертных рохо, но превратило… И они решили отомстить, спрятав частицу твоей души и души Джериномониса. Всё пошло не так… Мы не могли помочь ни тебе, ни Джериномонису, потому что никто не почувствовал, что вам грозит беда – ведь Деймариин полностью выключен из времени и пространства обычной вселенной.
То, что сейчас говорил бывший глава Круга старейшин, Адденривейрус понял в тот момент, когда потерял суть хранителя – дракона. В тот момент, когда вновь стал высшим магом, которого много лет назад выдернули из родного мира прямо с венчания матери.
В сущности, сейчас его больше интересовали не благополучно закончившиеся перипетии, а собственная жизнь, которую, наконец, можно прожить по собственноручно построенному плану. С женщиной, которую полюбил. Не передать словами, каким шоком для него стало понимание этой простой истины. Но всё, чего он хотел сейчас – вернуться к ней как можно скорее.
– Я вижу, ты витаешь где-то далеко, – мгновенно почувствовал его настроение отец.
Видать, и правда, родной, если так легко ощутил хорошо скрытые эмоции. На сердце потеплело и похолодело одновременно, потому что это была их первая и последняя встреча в качестве отца и сына…
– Прости, отец, я тебя слушаю.
