Любовь по-немецки полностью

Она говорила по-русски с лёгким балтийским акцентом, и я подумала, что она, наверное, латышка. Наша преподаватель Рита тоже была родом из Латвии.

– Да, конечно, договорились.

Я побежала в корпус, где проходили наши занятия по немецкому языку. Итак, сегодня я не успеваю на мой обычный поезд домой. Тем лучше. Я всё равно планировала сегодня задержаться – Йенсу пора привыкать, что я не всегда возвращаюсь вовремя. Чтобы он не спохватился и не начал искать меня раньше времени в пятницу, когда я поеду в аэропорт.

После занятий я вернулась к фрау Катце, как мы с ней условились утром. Совершенно неожиданно мне тут же выплатили деньги. Я думала, что они вернутся на счёт Йенса через несколько недель через Джобцентр. Но все оказалось гораздо проще. Деньги возвращала сама школа. Я расписалась в нескольких квитанциях, и мне выдали 20 евро и 80 центов. По дороге из школы я испытывала смешанные чувства. Ко мне так хорошо отнеслись здесь, фрау Катце помнила о моей просьбе и записала меня на курс при первой же возможности, а я просто уеду в пятницу, бросив все. Так некрасиво по отношению к ней и к моей учительнице Рите. Но я не могу им ничего объяснить и предупредить заранее, потому что боюсь, что тогда все сорвётся. У меня просто нет другого выхода, успокаивала я себя и свою совесть. До следующего поезда оставалось целых два часа. Стояла прекрасная погода. В моём кармане были 20 евро, почти 21. Первоначальная глупая идея хорошей девочки вернуть их Йенсу сменилась здравой мыслью: с какой стати? Он не отправил вовремя деньги в этом месяце моей семье, и в итоге перевел сумму на 10 тысяч рублей меньше. И я ещё стесняюсь взять эти жалкие 20 евро себе? Это же мои деньги, мне их платят за мою учёбу. И это ничто по сравнению с тем, что он присваивает себе. Решив, что я заслужила подарок для себя, хотя бы напоследок, я зашла в универмаг Rossman и купила красивые солнечные очки – не чета той дешёвке за 3 евро, что купил мне Йенс на днях, а в придачу несколько заколок для волос и несколько открыток на будущие дни рождения моих детей. Была куплена и ещё одна открытка с кроликом и сердечками. Я решила, что на ней я напишу моё последнее письмо Карстену. Когда-то ведь он звал меня своим «хазе», своим кроликом. Такая открытка, как мне показалось, самая подходящая на память о нашей любви. Гуляя по улицам в новых очках с тигриным принтом, я ловила взгляды мужчин, которые улыбались мне. Несмотря на обычную немецкую сдержанность, пара мужчин в кафе на улице даже подмигнули мне. Да я и сама чувствовала себя сегодня красивой, как никогда. К тому же удачный шоппинг поднял мне настроение. Для многих женщин это лекарство от всех сердечных болезней, и я не исключение. К тому же, не имея карманных денег, я так долго была лишена возможности что-то покупать для себя.

В районе готического собора, в который мне так и не удалось попасть за всё время моего пребывания в Германии, я увидела расставленные столики с распечатанными на простых белых листах меню. Обычно здесь все пустовало, но теперь, в летний сезон, разместились временные кафе на открытом воздухе. В очередной раз я обратила внимание на то, как заботятся немцы о курильщиках: пепельница стояла на каждом столе. В палатках жарили мясо и аппетитно пахло картофелем фри. Очень хотелось есть. Я даже сглотнула слюну, но мне было жалко тратить оставшиеся евро на еду. Однако, когда в конце аллеи я увидела палатку с винами, я не устояла. Тем более что пожилая пара, которая уже разместилась за одним из столиков, приветственно подняла бокал, приглашая меня отведать вкусного вина. Я решила взять белое, а не красное, чтобы потом не болела голова. Кстати, мне это не помогло, потому что уже через пару часов моя мигрень всё-таки благополучно постучала мне в виски. Но пока я наслаждалась бокалом белого сладкого вина за три евро в тени палатки, слушала мелодию церковных колоколов, затягивалась дымком сигарет и прощалась с Германией. Мысленно.

Если в отключении интернета в моем мобильном телефоне был виноват мой муж, то теперь ему самому пришлось расплачиваться за это. Он не мог мне дозвониться и не имел никакой связи со мной. Но я забыла, каким ушлым он может быть. Не дождавшись меня в привычное время, Йенс развернул бурную деятельность, дозвонившись в школу к фрау Катце и узнал, что я была на встрече с ней – и, конечно, что я получила деньги. Правда, до этого ему все же пришлось изрядно поволноваться. И не только ему, но и Карстену тоже. По словам Йенса, Карстен решил, что я снова улетела в Россию и плакал в трубку. О, мой милый глупый Карстен, как недалеко ты от истины. Совсем скоро ты потеряешь меня навсегда. Уже в пятницу я уйду и не вернусь уже больше никогда. Третьего возвращения не случится. С меня хватило и этого.