– Ну, что же, дорогие мои, – тем временем складно пела мачеха свою длинную речь, – я посмею сделать объявление. Сегодня в нашем уютном семейном кругу… Да, я не постесняюсь этого слова, ведь все как родные…
– И, наконец, мы дождались этого! Сегодня у нашей прелестной Елены появился официальный жених, которого ей подобрала семья. У них будет время полгода подумать, а потом состоится свадьба. Мы верим и ждем.
Сглотнула, понимая, что и здесь мачеха умудрилась схитрить. Каких еще полгода? Понравились друг другу? Все, в ЗАГС и со следующего дня в срочном порядке прощаться с родственниками, которые засиделись в гостях, блокировать счета и нанять новую охрану, чтобы помогать навязчивым родственникам, забывать сюда дорогу.
Но нет же!
И что за бред?
Ох, как долго я выдавливала из себя улыбочку, но все же справилась. Шикарно оскалилась и мило поинтересовалась:
– Почему такой огромный срок?
И все осуждающе покачали головой. А что? Вдруг мне невтерпеж! Увидела и сразу мечтаю в ЗАГС. Любовь с первого взгляда. Только об этом и мечтала…
– Милая, потерпи уж, ведь все для твоего блага. У нас есть право выбрать срок. Пойми, мы не желаем, чтобы тебя кто-то обидел.
Дальше пришлось слушать размышления мачехи о том, как важно ценить, понимать и всегда поддерживать супруга. То есть она завела тему, но не имела представления о ней. Всю жизнь в любовницах числилась, отец ее никуда не брал, не представлял, соблюдая пункты согласно завещанию. Лишь «свои» знали. Но играть на публику женщина умела.
Я же стояла и обдумывала свои действия.
Что же… шесть месяцев. Хорошо! Будет им шесть месяцев. Только вот с Холодовым мы про это не договаривались, а значит, у него будут дополнительные пункты, а точнее, один. И я даже догадывалась какой, учитывая, с каким голодным взглядом на меня смотрел.
И что ужасно, мне нравилось этот взгляд ощущать, как и все другое, что не радовало.
Чертовщина!
В этой ситуации нужно подальше держаться, но не получалось.
Ладно, завтра поговорим и решим, а пока мне предстоит смотреть представление и слушать торжественные речи мачехи. Обычно после пробежки с арбалетом все удачно завершалось, и все прятались по комнатам, но сегодня придется задержаться.
Неделя прошла быстро. Особенно когда Ольга по моей просьбе ставила меня в смену с Кристиной. Холодов же молчал, но я чувствовала, что он ждет. И с каждым днем его терпение доходило до крайней точки.
Вторую встречу с ним мать организовала в театре через две недели, так что срок поговорить у нас еще был. Я понимала, что нужно договориться, но боялась.
Притом не его, а себя…
Да и работать с ним было тяжело. Случайные прикосновения, взгляды – все это вызывало во мне настоящую бурю.
Вероятно, это не я, а моя плоть. Один раз попробовала и все, с катушек слетаю.
Но эту неделю я держалась, обходила его стороной.
Схватила турку с кофе и разлила по кружкам.
– И что теперь скажу? – услышала вопрос Кристины. У подруги сегодня осталась с ночевкой.
Села рядом и подала ей горячий кофе, который только что сварила. Аромат стоял просто восхитительный!
– А подробнее можно? – спросила и, отмечая, как она сжала губы, начала: – Вот скажи, что не так? Ты приехала злая, а я тебя отправила к Бесстрахову с бутылкой отличного вина и с едой из ресторана. Ты должна порхать, а не причитать и ворчать?
– Мы поели…
– А потом?
– Потом я решила поцеловать его на прощание, и дальше все так закрутилось, что я вот обо всем забыла, – со стоном выдала она.
– Ого! – воскликнула, представляя эту картину.
– Что «ого»?! Я только сорвала с него рубашку, и тут он тронул мой живот, – рявкнула она и подняла рубашку, демонстрируя синяк. Да такой, что ни в сказке сказать, ни пером написать.
Это вчера так красиво нас хотели пристрелить на работе, но не получилось. Ольга направила нас на инкассаторскую машину, ставила обычно только вдвоем, так как я отказывалась работать без нее. И тут мы увидели, что нас преследуют. Поэтому Кристина высадила меня рядом с банком у деревьев с арбалетом, а сама пошла в банк с Альфой. Когда с пустышками вернулась, предупредив охранников, чтобы не выходили, тут двое навстречу с пистолетами. Дальше я стреляла, а она била. Только вот пуля нападавшего попала в бронежилет Кристины. Хорошо так пробила его, но не задела, оставляя гематому на весь живот.