Кларри бросилась назад и стала сгребать в охапку рубахи и юбки. Но было слишком поздно – она увидела, что повозка мчится прямо на нее. В последнюю секунду девушка успела отскочить в сторону. Мимо пронесся пони, наматывая на себя ее белье. Брезентовый верх фургона зацепил бельевую веревку и потащил ее за собой вместе с остальными вещами. Позади бежал запыхавшийся молодой человек, размахивая шляпой.
– Ловите его, мисс!
Кларри ринулась за пони и догнала его в конце улочки.
– Тпру, стоять!
Кларри схватила вожжи и натянула их, останавливая животное. Подбежал развозчик. У него были веселые карие глаза, а светлые волосы торчали густой щеткой. Минуту молодые люди стояли, пытаясь отдышаться.
– Спасибо, мисс, – пыхтя, поблагодарил парень. – Бэлла норовит сбежать от меня при малейшей возможности. Слишком уж она резвая.
Кларри похлопала лошадь по крупу.
– Крепкая. Вам нужно проявить твердость и показать, кто из вас хозяин.
– Правда? – Парень насмешливо взглянул на нее. – Вы разбираетесь в лошадях, да?
– Достаточно, чтобы не позволить им убегать и портить чужое белье.
Кларри сняла рубашку, зацепившуюся за упряжь Бэллы.
– Простите, мисс.
Парень покраснел и принялся помогать ей собирать разбросанное белье.
– Меня зовут Кларри, – сообщила она.
– Джек, – представился он в свою очередь. – Джек Брэвис. Сейчас я натяну веревку.
– Думаю, половину всего этого придется постирать заново, – вздохнула Кларри.
Джек стянул веревку с крыши фургона.
– А вы работаете в «Вишневой», да?
Кларри кивнула.
– Жутковато там иногда бывает, – проворчал он.
– Да, случается, – сказала она, краснея. – Правда, я никогда вас там не видела.
Джек поднял на нее глаза.
– Я не пью. Предпочитаю ходить на танцы или в «Павильон».
– «Павильон»? А что это такое?
Джек удивленно посмотрел на нее.
– Мюзик-холл на Вестгейт-роуд. Неужели вы никогда там не были?
Кларри отрицательно покачала головой.
– Э, да вы много потеряли.
Ее охватило жгучее желание побывать там. Как объяснить Джеку, что она фактически узница, которой запрещено даже просто гулять по улице, не говоря уже о том, чтобы сходить вечером в театр? Кларри представила себе Лили, гневно обличающую дьявольскую музыку и бесстыжих шлюх на сцене.
– Чем вы торгуете? – спросила она у молодого человека.
– Чаем, – ответил Джек, отдавая ей белье.
Кларри впервые посмотрела на его фургон внимательно. На нем большими буквами было написано «Чайная компания Тайнсайда». В ее глазах зажегся интерес.
– А какие у вас сорта?
Он окинул взглядом ее невзрачное рабочее платье и поношенные ботинки.
– Самый недорогой чай, который у нас есть, – это «Семейный».
Кларри уперла руки в бока.
– И из чего он сделан? Флаури, оранж пеко, брокен пеко, сушонг, даст?[18]
Джек удивленно уставился на нее.
– Я не знаю. Это хороший крепкий чай для рабочих. Так говорит моя мама.
Кларри сдержала улыбку.
– Если хотите, чтобы я купила у вас что-нибудь, вам придется постараться.
– Ну хорошо, Кларри, – ответил Джек насмешливо. – У нас есть ассамский, дарджилинг и цейлонский чай. Цейлонский хорош для вечернего чаепития, все богачи его пьют. Идемте, посмотрите.
Он залез в фургон и вытащил корзину с пакетами чая. Каждый сорт был обернут в рисовую бумагу определенного цвета. Кларри выбрала один пакет и раскрыла его.
– Эй, что вы делаете? – спросил Джек с подозрением.
– Нюхаю.
Кларри вдохнула аромат темных листьев. Он оказался крепким и землистым и вызвал воспоминания о высокой влажности и жаре. Другой сорт имел более сильный запах, третий отдавал дымом, четвертый был резко пахнущей смесью низкокачественных листьев. Кларри закрыла глаза, и перед ее внутренним взором возникла Брахмапутра с коричневыми бурунами, склоны холмов с изумрудными чайными кустами, над которыми поднимается пар после недавнего дождя. Девушка взяла еще один пакет и, развернув, вдохнула его запах. И сразу же его тонкий пряный аромат пробудил воспоминания о сандаловом дереве и о дубе, о вешних водах и о предрассветном тумане. Сердце Кларри сжалось от тоски. Это был запах Белгури.
– Вот этот, – сказала она, и ее глаза наполнились слезами. – Я возьму вот этот.
Джек растерянно взглянул на нее.
– Это дарджилинг. Он довольно дорогой.
– Я знаю, – сказала Кларри, улыбнувшись, и достала кошелек, который всегда носила с собой.
Она вручила Джеку бóльшую часть своего недельного заработка.
– Вы удивительная девушка, Кларри, – сказал он, внимательно глядя на нее. – Откуда вы знаете столько о чае? Вы иностранка?
Кларри испытала замешательство. Незачем говорить ему, что она дочь чайного плантатора. Все равно он подумает, что она лжет.
– Мой отец служил в Индии. Там он многое узнал о чае и передал эти знания мне.
Джек озадаченно взглянул на нее.
– И говорите вы как-то необычно. Вы нездешняя, правда?
Больше он ничего не успел спросить, потому что из-за спины Кларри раздался вопль:
– Что, черт возьми, здесь происходит?!
Кларри, вздрогнув, обернулась. У калитки стояла рассвирепевшая Лили.
– А ну-ка подойди сюда, красотка. Что ты сделала с моим бельем?
Видя напряжение, отразившееся на лице Кларри, Джек решил вмешаться.
