– Если вы оставите Олив в покое, я оставлю в покое ваш бизнес, – выдвинула свое условие Кларри. – И раз уж об этом зашел разговор, скажите, кому вы продали скрипку.
– Я не помню, – сказала Лили, махнув рукой. – Инструмент был низкого качества, он и мешка муки не стоил.
– Что вы можете знать о качестве скрипки? – возмутилась Кларри.
– А я и не хочу об этом знать, – ответила Лили, презрительно скривившись. – Вся эта музыка ведет к греху!
– Ладно. Когда вспомните, сообщите мне об этом, – решительно проговорила Кларри. – И я ее выкуплю. Это скрипка моего отца и принадлежит нашей семье.
Вдруг Лили помрачнела, вновь опускаясь на стул.
– Я с самого начала знала, что от вас будут одни неприятности, – проворчала она. – Муж мой, дурья башка, думал, что получит деньги из Индии. Он и представить себе не мог, что его никчемный братец все спустил!
Она бросила на Кларри полный ненависти взгляд.
– Но я-то знала, что мы наживем с вами проблем. Чего еще ожидать от грязной дикарской крови, текущей в ваших жилах?
Кларри вцепилась в спинку стула, пытаясь сдержать гнев.
– Моя мать, которую вы так презираете, хотя никогда ее не знали, за свою короткую жизнь проявила больше доброты и великодушия, чем сможете вы, даже если доживете до ста. Я горжусь, что во мне течет ее индийская кровь, так что ваши оскорбления меня не задевают.
Она презрительно взглянула на Лили.
– А вот вас мне жаль, потому что вы, какая бы там кровь ни текла в ваших венах, никогда не станете счастливой. До тех пор пока вы будете думать только о себе, вы так и останетесь несчастной, жалкой особой. Я не понимаю, как дядя Джейред вас терпит.
Лицо Лили перекосилось от злобы. Вскочив на ноги, она свирепо заорала:
– Да как ты смеешь?! Вон отсюда!
Схватив деревянную ложку, она принялась с воплями колотить ею Кларри. Девушка попятилась, прикрываясь рукой.
– Чтобы я тебя больше никогда не видела в своем доме! Ты слышишь? Вон! Вон отсюда!
Кларри бросилась к черному ходу, преследуемая завывающей и проклинающей ее Лили. Девушка пересекла двор и выбежала на улицу, желая как можно скорее прекратить эту унизительную сцену. Она вся дрожала, но все же чувствовала удовлетворение оттого, что наконец высказала Лили все, что о ней думала. Пусть только попробует пойти дальше угроз в отношении Олив! За ее буйной воинственностью скрывается трусливая натура пьянчужки. Не бояться ее следует, а пожалеть.
Задыхаясь, Кларри добежала до конца улочки и, свернув, налетела на мужчину, несущего корзину, полную свертков.
– Смотрите, куда идете!
Девушка стала подхватывать падающие пакеты, но один все же свалился на землю и усыпал ее ботинки чайными листками.
– Извините!
Кларри взглянула в лицо рассерженному разносчику, пытаясь спасти наполовину высыпавшийся пакет.
– Джек Брэвис! – воскликнула она.
– Ну да, а вы… – начал он и запнулся, вглядываясь. – А, вы та девушка, которая знает все о чае. Кларри, да?
Она улыбнулась, кивая.
– Чего это вы так мчались? За вами гнались черти? Или полицейские? – спросил Джек насмешливо.
– Кое-кто похуже, – засмеялась Кларри с облегчением.
– Та карга из «Вишневой»? – догадался он. – Тогда все понятно.
Джек озадаченно посмотрел на девушку.
– А я думал, вы там больше не работаете. Я не видел вас уже несколько месяцев.
– Я заглянула в гости.
– Я заходил вас навестить, – сказал Джек.
– Правда?
Кларри было приятно это услышать. Джек улыбнулся.
– Да. Тут в округе больше никто не покупает дарджилинг.
Девушка рассмеялась.
– Тогда я, пожалуй, куплю еще. Позвольте хотя бы заплатить за то, что я испортила.
– Не говорите ерунды, – тут же ответил Джек, забирая у нее пострадавшую пачку. – Пакетом больше, пакетом меньше – никакой разницы. Я скоро вообще могу остаться без работы.
Он внезапно погрустнел.
– Почему? – поинтересовалась Кларри.
– У мистера Мильнера настали трудные времена, – вздохнул Джек. – Некоторые завистливые чайные компании хотят подорвать его бизнес. Вы бы не поверили, если бы я рассказал вам о том, каким образом они пытаются избавиться от преуспевающего конкурента.
Он замолчал, встревоженно взглянув на Кларри.
– Пожалуй, мне не стоило вам этого говорить. Да и что девушка вроде вас может мне посоветовать?
– Возможно, я смогу быть вам более полезной, чем вы думаете. Я сейчас работаю у адвоката. Я экономка в его доме, – гордо заявила Кларри.
В карих глазах Джека появилась заинтересованность.
– Я так тогда и подумал, что вы слишком хорошо выглядите для пивной. И у кого же вы работаете?
– У Стоков, в доме номер двенадцать на площади Саммерхилл.
– А, Саммерхилл, – присвистнул Джек. – Надо же, вы делаете успехи!
– Да, – улыбнулась Кларри, – и не собираюсь останавливаться на достигнутом.
Он театрально поклонился.
– Для меня большая честь, что вы разговариваете со мной, Джеком Брэвисом, разносчиком чая, которого скоро уволят, если мистер Мильнер не одолеет конкурентов.
Джек тяжело вздохнул, не в силах больше выдерживать шутливый тон.
