– Раньше вы не церемонились, – заметил он резко.
Кларри ничего на это не ответила.
– Послушайте, – произнес Берти примирительным тоном. – Я понимаю, что между нами бывали трения, но готов признать, что вы здесь прекрасно управляетесь, и Вэрити считает вас хорошей экономкой, учитывая вашу молодость.
Он так старался ей польстить, что даже покраснел.
– Я был бы чрезвычайно вам благодарен, если бы вы смогли переубедить моего отца, Кларри.
Берти впервые обратился к ней по имени. Кларри торжествовала. Берти признал то, насколько необходимой она стала в доме Стоков.
– Я попытаюсь, – согласилась она.
Кларри подкараулила Герберта, когда он возвращался с вечерней прогулки. С тех пор как Вэрити перебралась к ним жить, он взял себе привычку уходить из дома по вечерам, с тем чтобы избежать бессмысленных разговоров и аперитивов перед ужином. Когда Кларри заметила со своего наблюдательного пункта, что Герберт появился на площади, она вышла, чтобы срезать несколько роз в саду.
– Сэр, – обратилась она к нему. – Не могли бы вы дотянуться до тех цветков, что повыше?
Герберт подошел помочь, прислонив к оградке свою трость. Было все еще тепло, и он вспотел в своем темном костюме.
– У меня с собой бутылка лимонада. Не желаете освежиться? – предложила Кларри.
Кивнув, Герберт уселся на ближайшую скамейку и жадно принялся пить. Кларри продолжала срезáть цветы и складывать их в корзину, время от времени поглядывая на него.
– Говорите, – произнес Герберт, посмотрев на нее. – Вы же что-то хотите мне сказать.
Кларри виновато взглянула на него и засмеялась.
– Откуда вы знаете?
– У вас такой вид, – проворчал Герберт, – словно вы собираетесь с духом, прежде чем решительно взяться за что-то отвратительное.
Кларри улыбнулась, откладывая в сторону садовые ножницы.
– От вас ничего не укроется, сэр.
– Садитесь рядом со мной, Кларри, – велел Герберт. – Вас послал Берти, да?
Она чинно опустилась на скамейку, сцепив пальцы на коленях, и кивнула.
– Я не позволю собой манипулировать, – строго сказал Герберт.
– Я в этом не сомневалась.
– Но вы полагаете, что я не прав в этой истории с детской?
– Нет, – мягко сказала Кларри, – в этом деле нет правых или неправых.
Он терпеливо ждал, когда она продолжит.
– Я просто подумала, что… а чего бы пожелала миссис Сток для своего первого внука?
Герберт ничего не ответил. Кларри украдкой бросила на него взгляд – он сидел, стиснув зубы. Его глаза сверкали.
– Я не могу, – хрипло прошептал Герберт. – Еще слишком рано.
Кларри непроизвольно потянулась, чтобы коснуться его руки.
– Я понимаю. Мой отец точно так же переживал гибель моей матери. Он не смог спать в той комнате после ее смерти.
Герберт тихо застонал, и по его щеке скатилась слеза.
– Если вам невыносима мысль о том, что в доме появится младенец, почему вы не позаботитесь, чтобы у мистера Берти и мисс Вэрити появилось собственное жилье?
Он повернулся и, хмурясь, взглянул на нее. Кларри быстро отдернула руку. Как всегда, она слишком откровенно высказала свои мысли.
– Прошу прощения, я много себе позволяю.
– Нет, Кларри. Я рад, что вы мне это говорите. Я об этом как-то не подумал. Но вы правы, теперь, когда они становятся настоящей семьей, им самое время обзавестись собственным домом.
Герберт пристально посмотрел на нее.
– Откуда столько мудрости в такой молодой голове? – задумчиво спросил он.
Кларри застенчиво улыбнулась.
– Не всегда в ней одна лишь мудрость, к сожалению.
– А как же ваше будущее, Кларри? – неожиданно поинтересовался Герберт. – Вы все еще встречаетесь с работником мистера Мильнера?
Она покраснела.
– Нет, сэр. Между нами произошло недоразумение.
Кларри встала.
– Очень жаль, – сказал он, глядя, как она поднимает корзину.
Кивнув, Кларри поспешила назад, пока Герберт еще о чем-нибудь у нее не спросил. Она не разговаривала с Джеком с прошлого года. Теперь он приходил раз в две недели, а не каждый четверг, как раньше, и она иногда видела его издали. Он отрастил усы, приобрел более вместительный фургон и новый костюм. Его дела явно процветали. Но Кларри не расспрашивала о нем Олив, а сестра не упоминала о его приходах, чтобы ее не расстраивать.
К радости Кларри, слухи о том, что Берти и Вэрити подыскивают себе жилье, вскоре дошли и до кухни. Лаванда, думая, что она первая об этом узнала, поспешила передать новость остальным.
– Мадам предпочла поселиться в Джесмонде, – сказала она, явно повторяя слова своей госпожи. – Приятный район и при этом недалеко от центра города.
Кларри и Олив завизжали от радости, как только служанка ушла достаточно далеко, чтобы не слышать их.
– Не могу поверить, что мы скоро от нее избавимся! – воскликнула Кларри.
Но радость Олив быстро уступила место тревоге.
– А что, если после того, как они переедут, мы станем не нужны мистеру Стоку? Ему, наверное, будет достаточно Долли и Сары.
– Я уверена, что он позаботится о нас, – развеяла ее сомнения Кларри.
