Некоторое время мы молча стояли друг против друга и внимательно всматривались. Думаю, со стороны это напоминало сцену из вестерна, когда два стрелка, застыв в ожидании, нервно постукивают пальцами по холодной стали своих «Смит-Вессонов». Отличие было лишь в том, что у меня в руке был покусанный хлеб, а у неё женский гигиенический пакет, но по накалу страстей всё было исключительно драматично.
Девушка пришла в себя первой и, акцентировав внимание на моём лице, произнесла:
– Похоже, я разбила вам губу. У вас кровь!
– Вчера грязь, сегодня кровь. Я с ужасом представляю, что будет завтра! У вас какая-то маниакальная фобия на мой счёт!
– У меня? – гневно произнесла она. – Да это вы маньяк! Вчера под колёса бросались. Сегодня выследили меня, подкрались… Ноги ему расставить… Ага, всё бросила!
– А что вы делали у машины?
– А вам какое дело?
– Ничего себе! Мне какое?!
– Я оттирала машину от птичьего помёта. Вас устраивает ответ?
– Даже не знаю… Я обескуражен.
– Интересно, почему я вообще должна перед вами отчитываться, что делаю со своей машиной!
И тут меня осенило. Я слегка нервно улыбнулся и уже с отступающей обидой спокойно спросил:
– Вы уже всё оттёрли?
– Почти, а вам-то что?
– Просто хотел убедиться, что вы говорите правду.
Не понимая, куда я клоню, она поджала губки и, указав на стекло водительской двери, сказала:
– Смотрите сами!
Я посмотрел и заметил, что немного птичьей радости всё ещё оставалось там.
– Вот здесь надо дотереть! – и вовсе добродушно показал я.
Девушка взглянула и, достав из пачки очередной предмет гигиены, машинально начала тереть. Потом встрепенулась и снова встала в позу:
– А почему вы командуете? Шли своей дорогой, вот и идите!
Не обращая внимания на её слова, я опять посмотрел на протёртое стекло и прокомментировал:
– Да, вот сейчас всё. У вас просто талант по этой части! Скажите, а этому где-нибудь учат?
– Хам! – коротко бросила она. – Отойдите в сторону, мне надо ехать!
– Пожалуйста.
Я отошёл и, поставив на землю пакет с костюмом, облизал разбитую губу. Потом с довольной физиономией отломил от багета очередной кусок и с чувством упоения принялся его жевать, при этом демонстративно постанывая от удовольствия.
– Хотите? Так сказать, трубку мира. Ломайте с нетронутой стороны. – я протянул ей багет.
– Ни за что! – ответила девушка и достала из сумочки ключи.
Она демонстративно потрясла ими передо мной и, изобразив некое подобие улыбки, высокопарным слогом произнесла:
– Прощайте! Надеюсь, больше никогда вас не увижу!
При этом она нажала кнопку на брелоке, но сигнализация почему-то не снялась. Она нажала ещё раз, но результат был тот же!
– Упс! Не работает? – с неприкрытой издёвкой произнёс я.
Она посмотрела с обидой, затем бросила взгляд на брелок.
– Негодяй! – произнесла она уже с ненавистью, давая понять, что в списке врагов я занимаю одно из первых мест. – Вы сломали мне машину!
– Я?! – вырвалось из меня цунами возмущения. – Вы совсем того… перегрелись! Купите панамку, говорят, помогает. Если нет денег, я сложу вам шапочку из газеты!
– Хам!
– Это я уже слышал. Не хотите ли придумать что-нибудь более оригинальное?
Она решительно приблизилась так, что почувствовал её возбуждённое дыхание.
– Сожалею, что я не мужчина! Как дала бы вам по физиономии! – при этом она потрясла своим кулачком перед моим лицом.
– Во-первых, не будучи мужчиной, вы уже дали мне по вот этой самой физиономии! Во-вторых, бить по лицу незнакомого человека – это по меньшей мере хулиганство, – ответил я и, немного подумавши, добавил: – Мне этой физиономией вскоре предстоит играть.
– Так вы лицедей?
– Если встать на вашу сторону, то скорее лицемер.
– В точку! Вы лицемер!
– Но вы же меня совершенно не знаете! – снова возмутился я. – Зачем же сразу оскорблять?!
Но её уже было не остановить. Она то щурилась, то иронично улыбалась, не переставая при этом произносить гневный монолог. Если человек долго угрожает, он никогда не перейдёт к более радикальному. Значит, повторного случая применения физического насилия можно не ждать. Пропуская словесные потоки мимо ушей, я подумал, что всё происходящее напоминает американские жанровые фильмы, которые все на один сюжет. В них злодей в кульминационной сцене начинает разборки с полуповерженным героем. Почему-то во время просмотров подобных фильмов я всегда за злодея. И мне хочется встать посреди кинозала и крикнуть: «Хватит трепаться! Кончай его, парень!»
– Очень поучительно! – прервал её я. – Не тратьте зря усилия. Всё равно несогласен с вами.
– Немедленно отремонтируйте мою машину! – бросила она после непродолжительной паузы.
– С удовольствием, но у меня… руки не из того места растут.
– Вот-вот. Вы сами признались! – победно произнесла она.
– Что же, грешен, абсолютно не разбираюсь в двигателях внутреннего сгорания.
– Да всё понятно – самовлюблённый актёриш-ка погорелого театра.
– Увы, я не актёр. Но помочь вам всё-таки попробую.
– Как?! – с нескрываемой иронией спросила девушка.
– Бытовая магия!
