– Ты не понимаешь! Я десять лет пахал как проклятый, чтобы выгрызть себе право на достойную жизнь! Никто из эмигрантов, да даже из местных, не добился того, чего добился я! Я хочу просто жить свою жизнь, и чтобы дома меня каждый вечер ждала ты! Чтобы в любую минуту мог заняться с тобой любовью, там, где я этого захочу! И если сейчас не заведу семью, то навсегда останусь один!
Я не понимала его состояния, близкого к истерике. И не могла сказать того, чего он ждал.
– Матвей, милый, давай остановимся сейчас. У меня завтра операция, я нервничаю, а ты меняешь планы, о которых мы договорились, и требуешь от меня молниеносного решения. Я не могу так. Давай вернемся к этому разговору через пару дней.
Как главный герой фильма «Легкое поведение» он хотел мира и спокойствия. Я, хоть и была ровесницей, а не старше его, как героиня Джессики Бил, но тоже считала, что Матвей для этого слишком молод.
На утро он записал голосовое, в котором пожелал мне удачи на операции, и признал, что вчера был слишком эмоционален. «Ты права, это твоя жизнь, и я не имею права давить на тебя с таким решением. Просто я очень тебя люблю, с ума без тебя схожу и хочу как можно скорее быть с тобой, поэтому тороплю. Но если ты не готова, я не буду больше поднимать этот вопрос. Ты права, мы всего неделю провели вместе и, если тебе нужно больше времени, я готов тебе его дать. Только не думай слишком долго, ладно? – на этой фразе он усмехнулся. – В любом случае, я буду ждать тебя столько, сколько потребуется. Потому что я люблю тебя и не хочу быть ни с кем другим. Ждал же я тебя всю жизнь, подожду еще несколько месяцев».
Меня потряхивало с каждой минутой по мере приближения к клинике. Отвечать на это сообщение в присутствии мамы было неловко, но я была очень рада услышать его слова и понимание, что нельзя сравнивать его эмиграцию и мою. Написав короткое сообщение, что очень нервничаю и отвечу после операции, я вошла в клинику. Через пару часов, когда мир предстал перед глазами в легкой дымке, я и забыла об этом, решив, что тема закрыта. Мне было нечего добавить, он понял мою позицию – что тут обсуждать? Когда он позвонил, я рассказала про операцию и свои ощущения, не затронув болезненную тему.
– Ты ничего не скажешь? Я тебе целое голосовое записал.
– Скажу, что для меня очень важно, что ты понял меня. Я люблю тебя и хочу быть с тобой, но мне и вправду нужно чуть больше времени. Я и так хожу по квартире и мысленно выбираю вещи, которые заберу с собой, а какие оставлю. Как глаза будут получше, съезжу в университет за школьным аттестатом, что все документы об образовании были у меня на руках. Я готовлюсь к переезду, но не могу решить это за один вечер.
Мне казалось, мы с достоинством решили очередной кризис. Медленно, но двигались в направлении друг к другу. В мыслях я действительно собирала чемодан, и грустила, что новейшее красное пальто MaxMara, которое носила всего два сезона, придется оставить в Москве – в Техасе оно не пригодится. Печально смотрела на офисные рубашки, которые папа привез из Лондона, и туфли на шпильке, которые надевала в офис. Вся эта одежда останется в шкафу и не поедет со мной в Америку. Я думала, каждый занимается своим делом: я медленно зрею к переезду, когда бы он ни был, готовлю документы и коплю деньги, а Матвей фокусируется на учебе, чтобы сдать все экзамены и подготовиться к лицензированию.
Но он видел ситуацию иначе.
Глава 35. Не хочу ничего о тебе знать.
Через неделю пришли результаты обследований, которые назначил гинеколог. Как врач и предполагала, нашли инфекцию. Ничего опасного для здоровья, но нам обоим прописали курс антибиотиков, чтобы исключить риск повторной передачи. Я знала, Матвей будет не в восторге от этой идеи в совокупности с тем, что придется предохраняться. Тем более, он сделал дополнительное обследование, по которому был абсолютно здоров.
На моё робкое, но настойчивое предложение пропить курс лекарств и предохраняться, он взбесился. Еле сдерживаясь, чтобы не перейти на крик, обвинял, что я чокнулась со своим циститом, а врач только тянет из меня деньги. Но альтернативных предложений, что мы будем делать, если в декабре всё повторится, у него не было.
– Не знаю, что мы будем делать. У меня ни с кем такого не было, только с тобой. Пей, что хочешь, но я никакие таблетки принимать не буду. Это твоя проблема, разбирайся с ней сама, я не имею к этому никакого отношения. Из тебя делают дуру и просто тянут деньги! Провести всю жизнь в скафандре? Предложи это кому-нибудь другому!