— А если бы ты тут с ума сошла? Кто знает, как бы повела себя «тёмная» Аврора. Сама же сказала, что не справишься, если чаша перевесит.
— А если бы ты погиб?
— Выкинула бы меня в окно. Правда я тяжеленький.
— Почему ты всегда превращаешь всё в шутку?
— Потому что ты вечно видишь только плохое. Надо проще относиться к жизни.
— Это выглядит так, будто ты не ценишь свою жизнь.
— Так и есть, мне не за что её ценить. А у тебя впереди ещё много всего.
— Неужели у тебя нет никаких целей? Кто ты в своём мире?
— Так что там насчёт твоего самочувствия? — переводит тему, только чтобы не говорили о нём.
— Я первая задала вопросы.
— «Тёмная» Аврора хочет меня, не так ли?
— Хорошо, не хочешь сегодня говорить о себе — поговорим завтра. А насчёт Авроры ничего не знаю.
— Всё, действительно, слишком запутанно. Может, надо перестать копаться в этом?
— И вечно находиться в неуравновешенном состоянии?
— Сейчас же всё стало нормально.
— Это временно, я уверена. Баланса до сих пор нет, и это шаткое состояние не может гарантировать, что само себя нормализует. Выход всё равно должен быть. Я не могу вечно трогать тебя, чтобы усыпить «тёмную» сторону. Скоро мы навсегда расстанемся, и до этого момента нам надо решить эту проблему.
— У нас даже идей нет.
— А ты чувствуешь покой, когда я тебя трогаю?
— Я чувствую только непрекращающуюся боль.
— И снова одна Аврора псих.
— Я, наверное, просто ещё не пришёл к этому. «Тёмную» чашу трудней вывести из состояния покоя.
— Но добрые поступки ты уже делал.
— Не без труда.
— Если бы мы только находились в одном душевном состоянии, мы бы быстрей нашли ответы.
— А что если ты становишься хуже? Например, человек правда может быть либо только хорошим, либо только плохим. И причём он может из хорошего превратиться в плохого, а вот наоборот уже нельзя. Тогда понятно, почему я более-менее стабилен.
— Тогда ты бы всегда вёл себя, как «тёмный».
— Поверь, я бы очень хотел сделать что-нибудь мерзкое, чтобы вернуться в прежнее состояние. Но что-то постоянно побеждает.
— «Светлый» ты.
— Звучит противно.
— Мне так не кажется.
— Милые цветочки, — совсем не в тему произносит «тёмный».
— Возможно, совсем чуть-чуть.
— Жених подарил?
— Ага.
— Какой он у тебя хороший, — интонация «тёмного» даже отдаленно не напоминала искренность.
После этого тишина нарушилась из-за ёрзания.
— Что делаешь?
— Мне пора. Чёрт, толстовка не высохла.
— Почему? Куда? Так резко уходишь.
— Я оставлю ее у тебя? — он снова сует сырую одежду в руки.
— А ты в чём пойдёшь?
— Футболки хватит. Она хоть немного высохла.
— Но куда ты так быстро? — хочу поймать его, но останавливаюсь, когда вспоминаю, что сейчас его руки открыты.
— Закрой окно за мной, — тихо, но строго произносит, открывая единственный для него выход из этого помещения. Снова комната наполняется холодным воздухом.
— Что случилось-то? — ответом послужил лишь противный свист ветра.
Быстро ушёл по непонятной причине. Что могло заставить его покинуть комнату, не попрощавшись?
После этой ночи появилось только больше вопросов, и не единого ответа. Одни загадки, и никто не даст подсказок.
Он оставил мне свою кофту, которую я продолжаю держать в руках. Холодно, зябко. Закрыть бы окно. Но я продолжаю вдыхать его запах, который впитался в плотную ткань, и всё больше осознавать, что ничего не будет, как прежде.
Пути назад нет, как бы мы не хотели вернуться к началу. Влипли. Без него я больше не смогу.
Глава 29
Дэйв с каким-то странным настроением приехал за мной. Его глаза внимательно смотрели на меня, анализировали каждое движение. А я не из тех, кто сгорает от восторга, когда с него глаз не сводят.
Я скорей сгорю от неловкости.
— Что ты на меня так смотришь? — не удержалась я.
Мы вышли из его автомобиля и пошли к одному из самых не любимых мной зданий — больнице. Запах лекарств, различных препаратов ударил в нос, как только мы перешагнули порог.
— Пытаюсь тебя понять.
— Чтобы меня понять, совсем не обязательно так пристально смотреть, — я подошла к маленькому окошку, подписала нужные бумаги, взяла документы и пошла к кабинету, где меня должен был принять врач.
— Если честно, тебя невозможно понять, — он придерживает за талию, чтобы я не упала из-за потока недовольных людей. Кажется, больница — это то место, где любой может озвереть.
Пожилые женщины что-то бубнят себе под нос, придерживая свою больную спину, молодые же стоят у стен с каменным лицом. Не выросли ещё, чтобы выражать своё недовольство.
Интересно, а в больницах, которые находятся в центре города, всё точно так же? А какие больницы за границей «светлой» территории? «Тёмные» вообще лечатся?
— Не только ты меня понять не можешь, — я протиснулась между людьми, чтобы таким образом избавиться от его безобидных прикосновений. Нет, он не противен мне. Я просто чувствую себя паршиво, когда делаю вид, что вполне готова развивать наши отношения.
Я села на край скамейки, которая стояла у нужного кабинета. Не хочу идти в это место, но жить с нитками в руке тоже не вариант.
— Сбегаешь от меня? — Дэйв возникает рядом со мной, вынуждая меня поднять свою тяжёлую голову.
