— Боромир, сын Денетора… — зазвучал звонкий и ясный голос Леголаса. Но когда Арименэль взглянула на него, то заметила и в его глазах глухую боль. — Он был славным воином, достойным сыном своего народа. Он погиб с честью, так что не будем особо печалиться и жалеть о нём… пока, — эльф опустил голову.
Девушка вздохнула и приняла из рук Лаурелинмэ фляжку с мирувором. Эльдиэ сочувственно покачала головой, смотря на неё.
— Против стольких орков ты бы ничего не сделала, эльфийка, — с грустью произнёс Гимли, — я и так поражаюсь тебе: нечасто узнаёшь, что одна из эллет уходит в одиночку из Имладриса, не боясь ни орков, ни других напастей. И нечасто видишь, как такая эллет бросается в бой, — в глазах гнома промелькнуло уважение.
Эльфийка слабо улыбнулась Гимли.
— Ты ведь, Арименэль, как я помню, с самого детства была такой, — Леголас тоже улыбнулся, но уже без былой печали, — всё время хотела научиться владеть мечом. Неудивительно, что потом Глорфиндейл согласился и принял тебя в ученицы. С тобой не поспоришь.
Лаурелинмэ невольно засмеялась, а Гимли удивлённо посмотрел на Арименэль и тоже тихо фыркнул. Эльфийка с недовольством посмотрела на улыбающегося Леголаса.
— Говорят, что я в отца пошла, — с долей обиды произнесла Арименэль, — а он у меня нолдо.
— У меня тоже, — Лаурелинмэ, не глядя на Леголаса, поднялась, — пожалуй, мне надо поговорить с Митрандиром.
Эльдиэ хотела было уже направиться к волшебнику, как вдруг остановилась, вспомнив о чём-то, а потом протянула Арименэль её меч. Девушка вспомнила, что обронила его тогда у Андуина, и с радостью приняла оружие.
Леголас и Гимли ещё оставались у костра, а Арименэль присела под раскидистой елью. Наконец-то душные и тёмные подземелья Изенгарда остались позади.
Начиналась весна. Деревья начали зеленеть, а недолгие в этом году зимние холода окончательно отступили. Тучи закрывали небо, хотя ночи уже не были такими тёмными, как раньше. Но мрак Мордора продолжал нависать над Средиземьем.
***
Лаурелинмэ разбудила Арименэль ещё до рассвета. Весь отряд ещё спал крепким сном, лишь Гэндальф сидел у давно потухшего костра и как обычно курил трубку.
— Нам пора, Арименэль, — Лаурелинмэ давно собрала свои вещи и теперь подзывала коней.
— Тэоден зовёт нас во дворец, — сказал Митрандир ещё ничего не понимающей Арименэль, — тебе же и Лаурелинмэ надо в другую сторону. Я не хочу отпускать вас в то проклятое место, — маг нахмурился, — никто ещё не возвращался из Димхольда.
Эльфийка лишь улыбнулась. Хорошо, что Митрандир, не смотря ни на что, не против этого похода.
— Значит, мы будем первыми, — Лаурелинмэ невозмутимо взглянула на истари, давая понять, что никакие увещевания не заставят её переменить решения. — Мы с Арименэль не отступаемся от своих слов.
— Вы просто на голос разума внимание не обращаете, — негромко проворчал Гэндальф, — особенно ты. Знаю я тебя. Сначала едва в битву Последнего Союза не ввязалась, потом чуть ли не в одиночку путешествовала по Средиземью…
Арименэль с интересом прислушалась к словам мага и посмотрела на Лаурелинмэ. На мгновение ей показалось, что та даже чуть покраснела. Девушке опять поняла, что очень многого не знает о жизни подруги.
— У меня были на то свои причины, — Лаурелинмэ немного помрачнела и отвела взгляд, — к тому же, я почти с самого детства умею сражаться…
Гэндальф что-то тихо проворчал о том, что она и Арименэль заставляют его и всех остальных изрядно волноваться, и с укором покачал головой. Лаурелинмэ тихо засмеялась.
— Ты же меня знаешь, Митрандир.
— Знаю, — маг с улыбкой кивнул, — вся в отца.
Эльфийка замерла и странно на него взглянула. В её глазах мелькнули скрытая боль и лёгкое раздражение. Но в конце концов эльдиэ взяла себя в руки и смогла справиться с накатившими эмоциями. Гэндальф ведь не хотел сказать ничего худого, а то, что он невольно разбередил старую рану, то это ничего.
Арименэль заметила её взгляд. Подруга на миг показалась ей похожей на Эрэль, у неё была похожая боль в глазах. Ривендельская целительница горевала о погибшем возлюбленном, а Лаурелинмэ о отце, которого никогда и не видела.
Молчание затянулось, поэтому первым заговорил Митрандир, поднявшийся с земли:
— Что же, прощайте, — истари тепло посмотрел на эльдиэр, — дороги вновь расходятся, — маг перевёл взгляд на Арименэль, — ты уже выросла и можешь участвовать в сражениях и битвах, а я ведь помню тебя совсем маленькой… — в светло-голубых глазах легко читалась грусть, — пусть хранит тебя Эру Единый. Надеюсь, ты найдёшь Моргомира.
— Спасибо, Гэндальф, — девушка улыбнулась, вспомнив, как в детстве ждала визитов мага. Он был добрым, весёлым волшебником и мудрецом, знающим множество историй, готовым всегда дать совет. — Прощай.
Лаурелинмэ уже забралась на своего коня и теперь ждала Арименэль. Эльфийка же ещё раз взглянула на Митрандира и подошла к Амалору.
Через несколько минут весь отряд остался позади, а впереди расстелились бескрайние просторы Рохана. Поначалу Арименэль немного запуталась в направлении, но Лаурелинмэ, взглянув на восходящее солнце, быстро определила, куда им нужно ехать.
