Ехать по степи оказалось непривычно, небо, казалось, было очень высоко над головой, а Анор ослепительно сиял, хотя это было непривычно для начала весны. Мрак Мордора на миг отступил.
Арименэль мало читала в летописях о Рохане, но знала, что народ здесь недоверчиво относятся к чужакам, особенно сейчас, во время войны. Хотя девушке хотелось думать, что после того, как Саруман был побеждён, что-то изменилось.
Лаурелинмэ невозмутимо оглядывалась по сторонам. Её ничто не волновало, а вот эльфийка часто думала о том, что же случилось за время её прибывания в Изенгарде. Мерри с Пиппином сумели сбежать и уговорили энтов сразиться с Куруниром, Арагорн, Леголас, Гимли и, возможно, Лаурелинмэ встретили Гэндальфа. Арименэль немного удивило то, что Митрандир сменил серые одеяния на белые. Да и сам волшебник словно стал величественнее и принял надлежащий для майа облик. У эльфийки было много времени думать об этом. Амалор, казалось, ничуть не устал, да и конь Лаурелинмэ не отставал от него.
Лишь к полудню они остановились в небольшом лесу. Арименэль напоила коней, благо, рядом находился ручей. Лаурелинмэ долго разглядывала своё оружие, а потом посмотрела на меч подруги, лежащий рядом.
— Слушай, а кто тебя фехтованию учил? — неожиданно спросила эльфийка и заинтересованно покрутила в руках клинок. — Приёмы очень знакомые… Я сама такими пользуюсь.
Арименэль улыбнулась. Ей вспомнился Глорфиндейл. Жаль, что они расстались, не помирившись. Но на то были свои причины, хотя девушка сейчас скучала по другу. Не смотря ни на что.
— А ты разве не слышала? Леголас же говорил, — эльфийка ласково гладила Амалора по гриве, тот довольно фыркал.
— Нет, я как-то прослушала, только саму суть поняла, — Лаурелинмэ несколько растерянно и нетерпеливо покачала головой, — так кто же?
— Глорфиндейл, — беспечно отозвалась Арименэль, — именно он меня всему научил.
Эллет обернулась и увидела, как побледнела Лаурелинмэ. Меч выпал у той из рук, глаза взволнованно сверкнули. Эльдиэ подалась вперёд и почти испуганно взглянула на подругу, до боли сжав пальцы.
— Глорфиндейл?! — Лаурелинмэ не смогла сдержать возгласа. Еле-еле она смогла успокоиться и сделать голос спокойным. — Так это он?..
Арименэль с лёгким недоумением взглянула на неё и кивнула, таким образом отвечая на вопрос, который вопросом можно было и не считать. Реакция эльдиэ её удивила и чуть испугала.
— Вы были знакомы, — эллет, прищурившись, внимательно посмотрела на Лаурелинмэ. Та слегка смутилась и опустила глаза, щёки её покраснели.
— Были… давно очень, — Арименэль в который уже раз поразилась, как быстро нолдиэ может взять себя в руки и хотя бы внешне успокоиться, — прошло более трёхсот лет с того момента, как мы в последний раз виделись.
Снова какие недомолвки, тайны… Девушка понимала, что дальше так продолжаться не может, а потому присела рядом с подругой и решительно взглянула в её глаза:
— Лаурелинмэ, хватит уже секретов. Расскажи всё, что знаешь.
То ли что-то твёрдое и строгое было во взгляде Арименэль, то ли эльдиэ сама хотела всё рассказать, но Лаурелинмэ согласилась. Арименэль казалось, что слушая её историю, она сама потеряла счёт времени.
Оказалось, что фехтованию её подругу научили с самого детства. Не все синдар жили в Дориате, давно исчезнувшем королевстве эльфов, часто эльдар селились в окрестных лесах и жили вполне счастливо. Но и на такие поселения могли забрести орки. Лаурелинмэ с Эсилиэль было совсем немного лет по эльфийским меркам, когда ирчи пришли и к ним. Повезло, что неподалёку проходили эльфы, идущие из недавно разорённого Дориата. Келеборн с Галадриэль приютили детей, единственных, кто выжил. Многие земли повидала Лаурелинмэ. Постепенно приходило желание учиться воинскому мастерству. Война Гнева прошла мимо неё, сказалась она лишь на Белерианде, навеки ушедшем под воду.
И снова новые края, новые знакомства… Эрэль научила их целительству, хотя талант к этому был только у Эсилиэль, Лаурелинмэ знала только самое основное. Потом Галадриэль многое рассказала о их с Эсилиэль отце (но Лаурелинмэ так не сказала Арименэль его имя). Было лёгкое непонимание, даже страх… Эсилиэль ничего не узнала. Но позже, гораздо позже случилось гораздо худшее. Знакомство с Инхольтом, было ли то судьбою или случайностью? Лаурелинмэ не понимала сестру. Не понимала её и тогда, когда та по секрету сказала ей, что навсегда уезжает. В миг прощания она быстро написала несколько фраз на книге, той самой, о Берене и Лютиэнь, историю которых Эсилиэль так любила. Потом ту книгу Лаурелинмэ отдала Элронду…
