— Я имею в виду тот момент, когда ты нажимаешь на спуск, — засмеялся он. — Попробуй еще раз.
Донна расслабила плечи и стала в очередной раз заряжать ружье, мысленно повторяя все то, что ей преподал Питер. Во-первых, всегда обращаться с ружьем так, как если бы оно было заряжено, даже если точно знаешь, что патронов в нем нет. Во-вторых, держать ствол направленным строго в небо. В-третьих, не наводить его ни на кого и ни на что, за исключением случаев, когда действительно собираешься стрелять в конкретную цель.
Ну, в ее-то случае она до сих пор так ни во что и не попала. Но в самое ближайшее время это наверняка получится. Донна взглянула на Питера, и ей было приятно увидеть выражение поддержки в его глазах.
— Ну, готова?
Устремив взгляд на банку, она встала рядом с ним, подняла ружье и, прижав приклад к плечу, старательно прицелилась.
Грянул выстрел, и на этот раз жестянка подлетела вверх.
— Попала!
Донна обернулась к Питеру: он смотрел на нее, широко улыбаясь. Она шагнула было к нему, чтобы обнять в своем ликовании, но в последний момент сдержалась.
— Отличный выстрел, — похвалил он.
— Спасибо.
Сняв шляпу, Донна утерла стекающий на глаза пот.
— Можно еще раз попробовать?
— Ну конечно. Подожди минутку… Только не подстрели меня ненароком.
И Питер пошел заново устанавливать банку.
С того дня, как Дженни и Кен покинули ферму, они с Питером довольно много времени проводили вместе, и он охотно учил ее всему тому, что необходимо знать, живя в этих краях. Поначалу напряженность в их отношениях была довольно сильной, почти осязаемой, но мало-помалу она сошла на нет. Ведь им волей-неволей приходилось о чем-то говорить, искать и находить друг к другу подход. Когда Питера не одолевали хозяйственные заботы, с ним было легко иметь дело. Особенно сближало их общение с близнецами.
Донна пока не представляла, к чему в итоге приведет ее пребывание на этой ферме со звучным названием Ривер-Даунс. В какой-то мере она являлась сейчас наемным работником, хотя об оплате речи до сих пор не заходило. Здесь ей все равно негде было бы потратить полученные деньги. Она решила не торопить события и позволить времени самому все расставить по местам. Она вполне способна подождать еще несколько недель. Поживем — увидим.
Снова установив помятую банку на валуне, Питер зашагал обратно, и Донна смотрела, как он идет по сухой бурой земле, легко меряя расстояние своими длинными ногами. Ей нравилось наблюдать за тем, как Питер двигается. Крупный и мощный, он, тем не менее, обладал своеобразной грацией, что являлось одной из его привлекательных черт. Наряду со многими другими…
Вздохнув, Донна вновь сосредоточила внимание на ружье. И после еще нескольких попыток подбить банку урок стрельбы был закончен.
— В общем, два раза я попала, — подвела итог Донна. — Не так уж и плохо.
— Замечательно, — согласился Питер. — Теперь остается убедить змей послушно лежать на месте и не шевелиться.
— Ничего. Я еще потренируюсь и стану классным стрелком, — пообещала она.
Пока они шли обратно к дому, Донна рассказывала о том, как идет учеба близнецов. Питер всегда интересовался их успехами, и вряд ли какой-либо другой отец любил своих детей сильнее. Словно почувствовав, что разговор идет именно о них, Крис и Сара как раз появились на веранде с большим ящиком для льда — одним из тех, что использовались для хранения продуктов в дальних лагерях во время гуртования, — и, поставив его возле лестницы, подождали их.
— Что это они задумали? — проговорил Питер.
Близнецы меж тем смеялись и о чем-то перешептывались.
— Понятия не имею, — отозвалась Донна. — Наверное, сейчас мы это узнаем.
Едва они приблизились к крыльцу, дети быстро откинули крышку ящика и, запустив в него руки, извлекли наружу что-то белое и сверкающее.
— Зачем вы… — Питер не договорил, поскольку ему в грудь шлепнулось нечто холодное и влажное. Секундой позже Донна получила то же самое.
— Это снежки! — Близнецы сбежали по ступеням и завертелись вокруг ошеломленных взрослых. — Мы наделали снежков. Донна, они такими и бывают?
Донна засмеялась.
— Я рассказывала им о снеге, который выпадает зимой у нас в Йоркшире, — объяснила она Питеру. — И о том, как в детстве мы кидались друг в друга снежными комками.
— Мы сделали их из того, что было в морозилке, — с гордостью сообщил Крис.
— Соскребли со стенок лед, — добавила Сара, — и слепили из него снежки.
— Молодцы, — похвалил Питер. — Думаю, это самые лучшие снежки, когда-либо виденные в наших краях.
— Да и во всей Австралии, — уточнил Крис.
Донна посмотрела на Питера. На лице у него налипло несколько хлопьев снега, который казался невероятно белым на фоне его густого загара. Она машинально протянула руку, чтобы смахнуть их, и ее пальцы коснулись его щеки, покрытой колючей щетиной. Когда же рука опустилась, их глаза встретились, и его взгляд словно притянул ее ближе — так, что она почти ощутила его теплое дыхание. Донна замерла, губы слегка разомкнулись, и весь мир, казалось, перестал дышать, пока она ожидала, когда он преодолеет последние разделяющие их сантиметры и его губы соприкоснутся с ее губами.
