Твою мать! Она что, издевается надо мной? Честное слово, если бы мы встретились на пару месяцев раньше, я бы сделал всё, чтобы эта дрянь осталась тут навсегда. Поступился бы принципами и нашёл бы адвоката. Хоть какого-нибудь! Хоть самого хренового! Но сделал бы всё, чтобы засадить эту ненормальную за решётку хотя бы на пару дней. Я бы не пожалел всех своих сбережений на это. Но… Есть одно но… И это грёбанный внутренний голос, который теперь вдруг решил заделаться долбаным добряком. И этот долбаный голос говорит, что я виноват перед ней. Говорит, что эта ненормальная не такая как все. Как бы сильно она это не скрывала, но она совсем не такая. У неё есть то, чего я не встречал ни у одного человека в своей жизни. Это типа… Сердце? Или что это? Как называется эта херня?
– Спасибо, – говорю я уже громче и чувствую, как кулаки сжимаются сами по себе. Всё тело напрягается. Я как будто ломаю себя.
Она снова оборачивается ко мне. Сначала смотрит удивлённо. Удивлённо и недоверчиво. Но потом её взгляд меняется. Лицо расслабляется, и она смотрит так, будто я совершил какой-то подвиг. Конечно, мать твою! Потому что так оно и есть!
Слава богу, нас отпускают через несколько часов. Приходится перетерпеть некоторые разбирательства и написать объяснение на тему ложного вызова, но хорошо, что всё обходится без серьёзных жертв.
Я до сих пор не знаю, как реагировать на благодарность Кристофа, потому что это явно что-то ненормальное с его стороны. Либо с ним что-то случилось, либо на него просто до сих пор действует алкоголь, либо я каким-то образом изменила его. Нет, я не волшебница, чтобы менять таких конченых идиотов и извращенцев как Ламбер, но и объяснить себе почему подорвалась и приехала за ним, тоже не могу. Наверное, стоит просто забыть всё это как страшный сон. Наверное, всё дело в погоде, или времени года, или… или просто звёзды так сошлись. Видимо, сегодня оба совершили несвойственные себе поступки. Не хочу сказать, что я никогда никому не помогаю, но, повторюсь, не таким ублюдкам, как Ламбер. Упаси боже. Для меня это что-то феноменальное. Можно попробовать найти себе оправдание, сказав, что всё из-за случайности. Так совпало, что именно из-за него я получила самую желанную роль на данном этапе своей карьеры. Так совпало, что он поблагодарил меня. Так. Просто. Совпало. И… И я даже больше не хочу думать о том, что якобы где-то глубоко внутри, подсознательно благодарна ему за полученную роль. Нет! Это первый и последний раз, когда я помогла такому как он! И точка!
Мы расходимся без прощаний. Недовольно глядя друг на друга, будто злейшие враги, вынужденные взять перерыв. Спать я не собираюсь. До самолёта, который должен доставить нас на западное побережье, осталось каких-то три часа. Я собираю сумки. Репетиции, по словам помощника режиссёра займут от двух недель до месяца – в зависимости от скорости освоения материала. В современном кинопроизводстве – это слишком большой срок. Но, так как в проекте участвует автор книги, он настоял на том, чтобы процесс прошёл через все этапы производства, не упуская ничего лишнего.
По завершении сборов, я пью третью кружку кофе, потому что чувствую, что вот-вот свалюсь от усталости. И только через пару часов слышу телефонный звонок, понимая, что всё-таки заснула. Проснувшись с чувством страха, отвечаю на входящий вызов. Звонит помощник режиссёра, спрашивает, готова ли я к вылету. Я расслабляюсь, так как понимаю, что никуда я не опоздала. После короткого разговора несусь в прихожую, попутно вызывая такси, хватаю чемоданы, коих в наличии два, обуваюсь и направляюсь к лифту. Через несколько минут я в дороге. Мне снова звонит помощник режиссёра. Спрашивает, где я. Я отвечаю, что в пути. Он удивляется. Оказывается, студия предоставила личных водителей всем актёрам, чтобы те без проблем добрались до аэропорта. Понимаю, что я словно деревенская дурочка – ничего не смыслю в работе с крупными студиями и поступаю совсем не подобающе для своего статуса.
По прибытии в аэропорт, ищу необходимый терминал, бегаю по залам в поисках стойки для регистрации. Проблем прибавляет и то, что я ещё ни разу не была в этом аэропорту. Снова звонит помощник режиссёра.
– Эвелина, – слышу уже уставший голос. Ему явно не нравится, что приходится возиться со мной, как с ребёнком. – Где вы?
– Я в аэропорту, – говорю я и замечаю, как вдалеке кто-то машет. Не обращаю на это внимания и продолжаю разговор. – Не могу найти вас.
Помощник вздыхает.
– Мы возле взлётной полосы, Эвелина.
Ого!
– Сейчас найду стойку регистрации и сразу к вам.
– Эвелина, – снова говорит он. – Всё уже давно зарегистрировано. Подойдите к третьему терминалу, вам покажут, куда идти.
– Хорошо, – говорю я. Звонок завершается.
Вообще прекрасно. Интересно, как мне теперь найти третий терминал.
– Эвелина! – слышу, как кто-то кричит моё имя. Оно выбивается из общего гама.
Смотрю по сторонам и снова замечаю девушку, которая машет мне. Боже… это же Карина. Она довольно доходит до меня налегке и тянется, чтобы обнять.
