– Думала, ты сам поймёшь, что нужно уйти. – Блокирую телефон, возвращаю его в сумочку и хватаюсь за ту. – Но, видимо, у тебя не так уж и много мозгов, – поднимаясь, доканчиваю я, глядя прямо в глаза грубияну.
– А ты горячая. Прямо тигрица, – ухмыляется он. – Люблю таких. А знаешь, что я люблю делать с такими сучками?
Я закрываю глаза, еле сдерживаясь, чтобы не одарить его пощёчиной. Но внезапно понимаю, что зря упустила этого засранца из виду, потому что буквально тут же слышу его шёпот в непосредственной близости от своего уха.
– Люблю трахать до потери сознания.
Тут я уже не выдерживаю. Замахиваюсь и заряжаю так, что козёл чуть не падает от моей пощёчины.
Я стою в помещении и с удовольствием наблюдаю, как разгорячённая девка вылетает наружу, даже не слыша, как её просят остаться. Такой наглости позавидую даже я. Если она может так просто наплевать на возможность получить лучшую роль в своей жизни, да ещё и с актёром моего уровня, можно тогда гадать, что в башке у этой эксцентричной девки. Ведь вряд ли она когда-то ещё участвовала в съёмках таких дорогих фильмов. Думаю, её порог – это второстепенная роль во второстепенном сериале, который, в лучшем случае, продержится один сезон. А тут такой подарок судьбы.
Я усмехаюсь и оборачиваюсь обратно к мужику.
– Что с ней?
– Понятия не имею.
Я усмехаюсь и сажусь в кресло, прогоняя любителя поспать. Некоторое время мы мило беседуем. Я расспрашиваю про лучших кандидаток, но отвечать мне особо не тропятся. Понимая, что не все рады видеть меня, я говорю, что мне нужна самая лучшая, самая миловидная, самая стройная, но при этом при формах, и самая горячая коллега по площадке.
– Поэтому, прошу отнестись к моим требованиям серьёзно. Боюсь, режиссёр не обрадуется, если весь фильм провалиться из-за того, что вы подобрали неподходящую актриску.
Я прерываюсь на входящее сообщение, вижу, что мне написал менеджер, но не придаю этому особого значения. Убираю телефон обратно.
Снова возвращаюсь к присутствующим.
– Что насчёт последней? У вас есть её номер?
– Конечно, в анкете должен быть, – отвечает мужик.
– Я хочу, чтобы её одобрили, – требовательно заявляю я. Я привык требовать. А как иначе? Если не требовать, люди заметят слабину, и тогда будет трудно удержать имидж.
– Но ведь она не совсем подходит под ваши требования, – отвечает мужик
Я улыбаюсь и подмигиваю ему.
– А ты смекаешь. Ну ничего, – я поднимаюсь, – если сомневаетесь в ней, я проведу свои собственные пробы. В конце концов это же мне с ней работать, – развожу руки в стороны, пытаясь найти несогласных.
Все молчат. Вот и хорошо.
Получив необходимый номер, я выхожу из помещения, попутно набирая новое название для контакта. Тут даже думать нечего – «стерва» пишу я в поле для имени. Сохраняю и только после этого понимаю, что чуть не снёс какую-то дуру, что прилипла к двери. Ненормальная даже не думает извиниться. Она смотрит на меня, лопает пузырь из жвачки и говорит:
– Можно было бы и поаккуратнее.
Я усмехаюсь. Спорить не хочется. Если стерва ещё не убежала, успею нагнать её на улице. Я прибавляю ход.
Вылетев на улицу, смотрю по сторонам. Повернув голову направо, замечаю её. А вот и цыпочка! Попалась. Не сильно ты и убегала, малышка. Делаю шаг и уверенно топаю в сторону девчонки. Подхожу к ней. Залипает в телефоне. Возвышаюсь над ней, как гора над… просто как гора. Понимаю, что девчонка делает вид, будто не видит меня. Приходится завязать разговор первым. Наконец добиваюсь её внимания. Добиваюсь внимания? Как вообще я до этого докатился. Ухх, ну и дерзкая же девка! Нравится-нравится. Так даже интереснее.
Она поднимается, я пододвигаюсь ближе, чтобы сообщить о своих планах на неё. Говорю, как хорошо ей будет в постели со мной, как только она перестанет выпендриваться, но в ответ получаю смачную пощёчину. Злости нет. Я улыбаюсь. Она всё ещё стоит и смотрит на меня своими злыми глазками. Такой ерундой меня не запугать, малышка. Так можно только сильнее подстегнуть аппетит зверя. Давненько у меня не было таких страстных малышек.
– И это всё? – улыбаясь говорю я.
Она замахивается, чтобы ударить снова. Но я перехватываю её хрупкую ручку в воздухе. Она дёргается, пытается вырваться.
– Отпусти! – кричит мне в лицо.
– Надо убедиться, что ты не захочешь зарядить мне снова. Пока не буду в этом уверен, не отпущу, – издеваюсь над ней.
На удивление, она перестаёт дёргаться и пододвигается ближе. Так близко, что я чувствую запах её кожи. Губы дёргаются сами. Я уже не могу терпеть. Этот запах вызывает во мне животные чувства. Хочется поставить её на колени прямо здесь. Или лучше развернуть, нагнуть раком и показать, кто здесь папочка? Хорошенько отшлёпать непослушную сучку.
