Большая часть его времени уходила на написание писем, а все, что оставалось, он тратил на изучение бесчисленных новых законов. Последние семь лет все тринадцать штатов были слишком заняты войной с британцами, чтобы слишком уж вдаваться в скучные детали управления. Однако теперь, когда мир был восстановлен, они взялись наверстывать упущенное. В отсутствие сильного централизованного правительства каждый штат создавал не только собственную валюту, но и собственные законы, хотя, возможно, здесь скорее подошло бы слово «заимствовал», ведь большая их часть была взята из различных сводов законов Старого Света. И это единственное, что было хорошего в новой системе, ведь законодательные собрания по всей стране издавали буквально сотни актов и постановлений за раз, и будь они все новыми, изучить их было бы просто нереально.
Старые сборники законов Алекс изучал и в Королевском колледже до войны, и во время курса обучения в Олбани в последние два года, но все же приходилось разбираться в сотнях незначительных поправок и к тому же изучать довольно много полностью оригинальных законов, также принятых в последнее время. Работа была скучной, но ее нужно было делать, если он собирался выступать в суде, не говоря уже о том, чтобы зарабатывать на жизнь и оплату всех тех счетов, которые из его портфеля перекочевали на письменный стол (тоже купленный в кредит). Будучи страстным любителем порядка, он, возможно, смог бы даже получать удовольствие от изучения всех этих изменений и тонкостей, если бы все то время, что он корпел над сводами законов, в его голове не вертелась мысль о том, что дома его ждет красавица-жена. «Работа с бумажками» почему-то не вошла в их брачные клятвы, но Алекс начинал понимать, какой значительной частью их жизни она является…
Большинство новых законов были довольно обычными, и хоть издавались бессистемно, но никаких возражений не вызывали. Тем не менее заметная их часть касалась отношений между новой страной и той частью ее населения – по некоторым подсчетам, не меньше четверти всех жителей, – которая хранила верность королю Георгу во время войны. Вероятно, единственным местом, где лоялистов вообще не было, стали законодательные собрания победителей-американцев, которые лишили их всех званий и должностей, а теперь собирались наказать и простых людей, живущих с ними бок о бок, за то, что те сделали неверный выбор. Некоторых казнили как предателей, некоторых бросили в тюрьму за преступный сговор, но многих просто оштрафовали или еще каким-то образом лишили собственности, и всех их лишили права работать по профессии.
Алекса ничуть не удивляла подобная мстительность – в конце концов, война – жестокая штука, и британцы причинили американцам много зла, взять хотя бы их тюремные корабли, – но она его очень тревожила. Соединенные Штаты были обширной страной, больше, чем любая из стран Старого Света, за исключением России, но населения здесь было сравнительно мало. Почти все население сосредоточилось на восточном побережье, оставляя огромные участки территории страны, образно говоря, незаселенными и потому незащищенными. Страна с такими обширными территориями просто не сможет существовать, если три четверти ее населения будут враждовать с одной оставшейся. Им придется найти общее дело и понять, что, к добру или к худу, они все теперь американцы. Как сказал Бенджамин Франклин, подписывая Декларацию независимости: «Мы, определенно, должны держаться вместе, ведь велика вероятность того, что по отдельности нас повесят».
Таким образом, работа одного дня растянулась на два, три, а затем и на неделю. Между тем клиенты все так же не спешили в контору. Несмотря на то что Алекс написал письма нескольким дюжинам друзей, знакомым, друзьям друзей и даже нескольким совершенно незнакомым людям, заявив о начале своей работы в Нью-Йорке, в его дверь все так же никто не стучал, а почтовый ящик был пуст, если не считать тех писем, которые касались формирования нового правительства.
А из-за того, что у него все еще не было секретаря, ему приходилось доставлять большую часть своих писем самому. Оставив коня, подаренного ему Лоуренсом, в «Угодьях» (стоимость содержания лошади в городе была практически равна ежемесячной ренте!), он мог теперь рассчитывать лишь на городские двуколки либо передвигаться пешком.
Пусть погода, хоть и холодная, была достаточно терпимой, и работа эта могла бы даже доставлять ему удовольствие, если бы не отнимала столько времени, если бы на столе не росла стопка счетов и если бы что-то из этого могло принести ему живые деньги.
