Всю ночь они с Владимиром гуляли по Москве, покупая в открытых заведениях кофе, греясь там же, либо в машине.
Владимир Александрович рассказывал о себе, о счастливом своем мальчишеском детстве, о скорой трагедии — ранней смерти родителей, о том, как пришлось резко вырасти и отвечать самому за себя, добиваться всего, строить бизнес. Рассказывал и о своих разочарованиях в любви, хоть не детально, но в общих чертах.
В эту ночь Суворин раскрылся для Дарьи с новой стороны.
Когда они, наконец, собрались домой, было уже 4 утра.
— Ооо, — протянул Володя, посмотрев на часы. — можно и не ложиться уже. Давай ты сегодня посидишь дома, отоспишься.
— А ты? — поёжившись от особой влажности утра, спросила Даша.
— А я привык не спать, не волнуйся. Буду работать. Гендиректор не может прогуливать.
— Нет, я тогда тоже приду на работу.
— Какая ты упрямая! Слишком сильная.
— Не по зубам, да? — усмехнулась девушка.
— Вот ещё! Даже не думай. Просто хочется попросить тебя словами Роберта Рождественского: «Будь, пожалуйста, послабее». — он осторожно заправил непослушную прядь её волос обратно под платок. — Ты же не даёшь о себе заботиться, не даешь за собой ухаживать… Может и сама этого не замечаешь, но это действительно так.
— Я поняла, Владимир Александрович. — улыбнулась Лазарева. — У меня сегодня выходной-отсыпной. Слушаюсь и повинуюсь!
Он засмеялся, приобнял её и повёл в машину.
Когда внедорожник остановился около дашиного дома, Суворин взглянул на девушку. Она спала на его плече.
Сердце бизнесмена каждый раз таяло, когда он видел эту девушку, наблюдал за ней. Сейчас он впервые увидел как она спит и его душа вновь переполнилась нежностью и любовью. Не в силах её будить, Владимир так и сидел в машине вместе с водителем около дома, где находилась одна из служебных квартир сотрудников их компании.
В 7 утра Даша проснулась сама.
— Где мы? — сонно произнесла она, озираясь по сторонам.
— Ну уж не в Рио-де-Жанейро. — усмехнулся Володя. — Мы около твоего дома. Ты уснула пока мы ехали, а я не захотел будить.
— Слушай, так много времени же прошло! — поразилась Лазарева.
— Ну, ничего страшного! Твой сон был важнее. Всё-таки, это я виноват в том, что ты всю ночь гуляла по городу, а не спала мирно, как все нормальные люди.
— Ты теперь домой не успеешь. Зря не разбудил… — продолжала возражать она. — Мне ничего не остаётся делать, кроме как пригласить тебя на завтрак с бодрящим кофе по-турецки!
— Ты ещё и кофе настоящий варить умеешь? Ну… Я сражён! — весело проговорил Суворин. — Умная, — он загнул палец на руке, — красивая, — загнул второй, — мудрая, компетентная, начитанная, пунктуальная, честная, порядочная, спортивная, ещё и кофе умеет готовить! — десятый палец был загнут.
— Ну так, это значит да? Пойдёшь отведать мой завтрак? Правда, ничего сверхестественного не обещаю… — замялась Даша, понимая, что к приходу нежданного гостя не всё готово.
— Из твоих рук даже яд! — весело улыбаясь поклялся мужчина.
— Тогда пойдём!
Пара направилась к девушке домой, а водитель поехал забрать для шефа сменные вещи, чтобы тот мог переодеться перед работой в новый костюм.
Даша любезно предоставила Владимиру возможность принять душ, так как понимала, что после бессоной ночи и перед утомительным рабочим днём — это жизненно необходимо.
У неё в арсенале нашлись даже халат и тапочки, которые она покупала для отца, когда тот собирался приехать в гости, но они не пригодились. Юрий Максимович всё привез с собой.
Пока Суворин принимал душ, Лазарева быстро сообразила на завтрак яичницу с помидорами, отварила сосиски, которые сама ела крайне редко, но как раз недавно не смогла отказать себе в удовольствии купить их, и сырники с домашним абрикосовым вареньем.
Когда Владимир Александрович вышел из душа, явившись во всей красе, совсем одомашненым за дашин стол, был очень рад тому, что завтрак уже готов.
— Даш, ты идеальная девушка! — проговорил он, поедая сырники. — Варенье это…
— Нет, это не моя заслуга, я этим летом не успела. Мама делала. — сразу призналась Даша.
— Всё равно! Очень вкусно! Уверен, что варенье ты делаешь не хуже, чем сырники и яичницу.
Она лишь улыбнулась в ответ. Девушка сидела напротив и любовалась Владимиром, подперев подбородок рукой. Лазарева вдруг остро ощутила нехватку вот такого семейного счастья в её жизни.
— Сейчас кофе будет. — всё так же улыбаясь, мягко произнесла она и подойдя к плите, выключила огонь под туркой, налив Суворину кофе в красивую фарфоровую чашку.
Идиллию почти семейного завтрака нарушил водитель, который привёз вещи шефа из дома. Владимир Александрович быстро допил кофе, не забыв восхититься им и пошел переодеваться.
В это время Дарья, предложила так же выпить кофе и угоститься сырниками и его водителю Олегу, которого ей было искренне жаль. Парень всю ночь ездил за ними по Москве, а теперь ему предстоял ещё один полноценный рабочий день.
После того, как нежданные гости ушли, девушка быстро приняв душ и что-то перекусив, уснула.
Она проснулась от звонка в дверь. На пороге стоял Владимир.
