Приехала Хильда и тоже взбесилась, услышав новость. Она тоже не могла спокойно думать о таком позоре. Сестра беременна – и от кого? От егеря! Какое унижение!
– Но почему бы нам просто не исчезнуть – уехать тихонько от всех, хотя бы в Британскую Колумбию? Тогда никакого скандала не будет.
Нет, это их не спасет. Шила в мешке не утаишь. И если уж Конни собралась куда-то ехать со своим егерем, ей надо выйти за него замуж, – так считала Хильда. Сэр Малькольм был иного мнения. Он надеялся, что эта интрижка рано или поздно кончится.
– Хочешь с ним познакомиться? – спросила Конни отца.
Сэр Малькольм не горел таким желанием. Еще меньше жаждал встречи бедняга Меллорс. И все-таки встреча состоялась – в приватном кабинете клуба, за обеденным столом. Мужчины были одни; познакомившись, они оглядели друг друга с ног до головы.
Сэр Малькольм выпил изрядное количество виски. Меллорс тоже пил, но умеренно. Говорили об Индии – лесничий много о ней знал.
И только когда официант принес кофе и удалился, сэр Малькольм зажег сигару и выразительно произнес:
– Так что вы скажете о моей дочери, молодой человек?
По лицу Меллорса пробежала усмешка.
– А что такое, сэр, с вашей дочерью?
– Вы ей сделали ребенка, не так ли?
– Имел такую честь! – усмехнулся Меллорс.
– Господи помилуй, имел честь! – Сэр Малькольм жирно хохотнул и начал мужской, по-шотландски откровенный разговор: – Так, значит, имел честь? Ну и как, ничего? Наверное, недурно, а?
– Недурно.
– Держу пари – то, что надо. Моя ведь дочь. Яблоко от яблони недалеко катится. Я всегда был хороший кобель. А вот ее мать… Господи, прости нас, грешных! – Он возвел глаза к небу. – Ты зажег ее, да-да, зажег. Я вижу. Ха-ха! У нее в жилах моя кровь. Поднес спичку к стогу сена. Ха-ха-ха! Должен признаться, я был очень рад. Ей этого не хватало. Она славная девочка, очень славная. И я всегда знал, она будет замечательной бабой, если найдется молодец, который сумеет запалить этот стог сена! Ха-ха-ха! Так ты, говоришь, егерь? А я бы сказал – удачливый браконьер. Ха-ха! Ладно, шутки в сторону, что же мы будем делать?
Разговор продвигался вперед черепашьим шагом. Меллорс был более трезв и старался держаться в рамках приличия, то есть почти все время молчал.
– Ты, значит, егерь, охотник? И то верно. Охотник за красной дичью. А ты знаешь, как баб проверяют? Я тебя научу. Щипни ей зад, и сразу поймешь, на что она годна. Ха-ха! Завидую я тебе, мой мальчик. Тебе сколько лет-то?
– Тридцать девять.
Титулованный джентльмен поднял брови:
– Вон уже сколько! Ну что ж, тебе еще развлекаться добрых лет двадцать. Если судить по виду. Егерь егерем, но кобель ты хороший. В чем, в чем, а в этом я разбираюсь. Не то что эта медуза Клиффорд! Робкая барышня, нет в нем мужской жилы. А ты мне нравишься, мой мальчик. Бойцовый петух. Да, ты боец. Охотник! Ха-ха! Черт возьми, я бы тебе не доверил свои охотничьи угодья! Ну а если без шуток – что же мы будем делать? Эти чертовы старухи ведь съедят нас.
Если без шуток – договорились они до полного мужского взаимопонимания.
– Послушай, мой мальчик: если тебе нужна моя помощь, ты можешь положиться на меня. Егерь! Клянусь небом, это прекрасно. Мне это по душе. У девочки отважное сердце. Что? В конце концов, у нее есть небольшой капиталец. Небольшой, но голодать не придется. И я ей оставлю все, что у меня есть. Девочка этого заслуживает. Бросить вызов этому миру старых баб! Я всю жизнь старался выпутаться из женских юбок, да так и не выпутался. Ты сделан из другого теста, я это вижу. Ты – мужчина.
– Рад слышать. Меня до сих пор называли за глаза жеребцом.
– А ты чего ожидал? Ты и есть жеребец для этих трухлявых старух.
Расстались они сердечно, и весь остаток дня Меллорс внутренне посмеивался.
На другой день все трое – Конни, Хильда и он – обедали в маленьком безымянном ресторанчике.
– Ужасное, ужасное положение, – начала разговор Хильда.
– Мне оно доставило много приятных минут, – улыбнулся Меллорс.
– Вам бы следовало повременить с детьми. Сначала, мне кажется, вы оба должны были развестись, а уж потом брать на себя такую ответственность.
– Господь поторопился раздуть искру, – усмехнулся Меллорс.
– Господь здесь ни при чем. У Конни есть свои деньги, на двоих хватит, но ситуация, согласитесь, невозможная.
– Да ведь вас эта ситуация только самым краешком задевает.
– Что бы вам принадлежать к ее кругу!
– Что бы мне сидеть в вольере зверинца!
Помолчали.
– По-моему, самое лучшее, – опять начала Хильда, – если Конни назовет виновником другого мужчину. Чтобы вы вообще не фигурировали.
– Мне кажется, я фигурирую довольно прочно.
– Я говорю о судебном процессе.
Меллорс вопросительно поглядел на Хильду: Конни так и не решилась посвятить его в этот план с Дунканом.
– Не понимаю.
– У нас есть знакомый, который, возможно, согласится выступить в суде как третье лицо, чтобы ваше имя вообще не упоминалось.
– Другой мужчина?
– Разумеется.
– Но разве у нее есть другой мужчина? – Он удивленно посмотрел на Конни.
– Конечно, нет. – Конни поспешила его разуверить. – Это просто старый знакомый. У меня с ним ничего нет и никогда не было.
