Доверие вещь хрупкая и так просто не дается. Говорят, его надо заслужить. Доверяла ли я императору? Нет. Я поняла, что через меня перешагнут, если ошибусь. А чтобы не ошибиться, нам придется общаться, мне придется верить его словам хотя бы в постели, спрашивать и создавать иллюзию взаимпонимания. Эрг прав, мы втроем сейчас завязаны в один узел. Пытаясь решить внешние проблемы, император упустил из виду внутреннюю угрозу.
Я слегка расслабилась и сказала:
— Хорошо, что завтра выходные. Но почему вы раньше не пришли?
Мне не ответили. Император был занят важным делом — пытался не запутаться в застежках платья.
Утром начиналось замечательно. Раны не беспокоили, кроме того, что их надо было скрывать. Красная помада стала для меня уже привычной, она хорошо скрывала измученные поцелуями губы. Немного испортили настроение небольшой конверт с деньгами на столе, словно напоминание о статусе. Помню, как жарко шептал мне на ухо мужчина, как каялся в порче белья.
Румянец вспыхнул, я быстро спрятала деньги в шкатулку, где откладывала на мечту. Посвятив первую половину дня житейским делам, вечер я провела дома, послушно ожидая. Но никто не пришел. А утром в понедельник на столике обнаружилась корзинка с фруктами и небольшой запиской “Извини”.
Я не смогла устоять перед сочными яблоками, съев одно и пару взяв на работу. Ни на императора, ни на премьер-министра не похоже, они появлялись лишь когда им надо, но может теперь все изменилось?
Затем долго не могла найти перчатки под платье, перерыла весь ящик. На глаза попалась шкатулка с ядом. Я вновь открыла ее и посмотрела на маленькие драже-жемчужинки. Принять? Нет, я боялась. Как и тогда, я боялась, что доза смертельна, все-таки у магов иммунитет сильнее обычных людей. Понимая, что надо расспросить о яде, я как могла оттягивала разговор. Все, как только ко мне придут, я все честно расскажу, даже если буду кричать и ругаться.
Спрятав яд обратно в шкаф, вышла из квартиры. Солнце на улице уже припекало, для утра стояла жаркая погода. Интересно, а что же будет днем, если сейчас так невыносимо душно? Но когда я дошла до рабочего корпуса, почуяла неладное. Даже в прохладе коридоров мне нечем было дышать. Перед глазами все плыло. “Отравили!” — мысль забилась в голове. Я огляделась, но вокруг никого не было. Собравшись из последних сил, сделала шаг в сторону кабинета, понимая, что мне нужно хоть кого-то найти. Но с каждой секундой становилось хуже. Я вцепилась в стену, но внутри уже разгорался огонь, сжиравший меня. Вдали послышались голоса.
— Помогите! — мне казалось, что я кричу, но на самом деле лишь прошептала.
— Ринтар! — услышав голоса Дигуэля Прачрита и Эрга Дюэля, я потеряла сознание.
Когда я пришла в сознание, то обнаружила себя в больничной палате. За окном вечерело. Во рту ощущался противный кислый привкус, желудок болел, а сил пошевелиться и встать не было. Словно за мной наблюдали, дверь тут же открылась и появился доктор.
— Госпожа Ринтар, добрый вечер. Вы в больнице. Вас доставили с диагнозом отравление.
Я замерла, боясь даже пошевелиться.
— Завтра утром приедет полиция, они хотели бы уточнить, где вы покупали молочную продукцию. Сами понимаете, вы работаете в резиденции и там особые требования к поставщикам. Вообще день выдался веселым, — пожаловался молодой врач, прослушивая пульс, — десять тяжелых отравлений, несколько вполне легких случаев. Вам еще повезло, вас доставили порталом, а не по скорой.
— Кто? — шепнула я.
— Господин Прачрит. Молчите, не тратьте силы, я только осмотрю вас и поставлю капельницу. Завтра утром все расскажете, а сейчас постарайтесь поспать. Уже все хорошо, детоксикацию провели.
Он действительно быстро осмотрел, поставил капельницу и вышел, приглушая свет.
Появление премьер-министра и императора я почувствовала с закрытыми глазами.
— Открой глаза, Азиэль, — ледяной голос его величества заставил повиноваться, — ты пьешь яд?
Я молчала.
— Это специальные дозы, которые помогли бы организму начать вырабатывать собственное противоядие и соответственно усиливать сопротивляемость и избежать отравления. Спрашиваю последний раз, Азиэль, ты пьешь данные пилюли? В твоих интересах отвечать честно.
Собравшись силами, я открыла глаза и отрицательно покачала головой.
— Вслух, — приказал он.
— Нет, Ваше величество.
— Почему?
— Я боялась быть отравленной.
Он замолчал, внимательно осматривая меня. Эрг Дюэль, не проронив ни слова, исчез чтобы через минуту вернуться со шкатулкой в руках.
— Вот они, Ваше величество.
Император внимательно посмотрел на коробочку в его руках.
— Азиэль, мне казалось, мы достигли договоренностей. И одной из них было сохранение тебе жизни, обеспечение безопасности. Однако твое поведение начинает меня раздражать, — император придвинул стул и сел.
— Простите, Ваше величество, — бесцветный тон императора вызывал животный ужас, хотелось сбежать, но не получится, я знала.
Премьер-министр опирался на изголовье кровати, император сидел напротив, в руке капельница. Его величество перевел взгляд на Эрга Дюэля.
