Подойдя к креслу, за которым сидел Фаллингем, она положила руки на его плечи. Элис наблюдала, как виконт поднес руку Сары к губам и поцеловал ее. Этот интимный жест, проявление привязанности слишком живо напоминало ей о Рэйзеби, смущая ее. На губах Элис застыла вежливая улыбка.
– Знаете, джентльмены, я чувствую, что удача сегодня будет на моей стороне, независимо от того, что случится за этим столом, – игриво сказал Фаллингем.
Сара многозначительно улыбнулась. Монтейт и несколько мужчин понимающе кивнули.
Элис отвела взгляд.
– А вы, мисс Свитли? – повернулся к ней Монтейт. – Кому из нас улыбнется счастье? Чьим талисманом вы будете сегодня?
В его глазах читалось явное любопытство, как и в глазах остальных джентльменов. Элис знала, что назвать себя талисманом одного из присутствующих значило согласиться на совершенно определенное продолжение вечера. Нет, она ни за что этого не сделает, даже ради того, чтобы доказать Рэйзеби, что он больше ничего не значит для нее. Флирт – еще куда ни шло, но она никому не позволит коснуться себя.
– О, я буду своим собственным талисманом, – спокойно сказала она, – я буду играть сегодня, ваша светлость.
В глазах присутствующих вспыхнул неподдельный интерес. Мужчины за столом переговаривались, склонившись друг к другу. Похоже, им понравилась эта идея.
Монтейт удивленно улыбнулся, будто не ожидал, что Элис способна бросить вызов.
– Не нужна ли вам помощь, чтобы… напомнить правила игры?
Он был сама деликатность, но Элис знала, о чем он думает: он считал, что она понятия не имеет о серьезной игре в карты.
– Нет, благодарю вас, ваша светлость. Я помню правила.
Мужчины снисходительно улыбнулись.
Как будто она могла их забыть. Рэйзеби научил ее паре приемов, которые повышали шанс на выигрыш в очко – как считать и запоминать карты. Они часто играли в очко, но ставкой были не деньги. Они играли на раздевание. Рэйзеби всегда хвалил превосходную память Элис, слишком уж часто ему приходилось проигрывать.
В последний раз они играли всего три недели назад. Тогда игра закончилась тем, что они занялись любовью прямо на столе, на беспорядочно рассыпанных картах. Это воспоминание заставило ее сердце учащенно забиться, щеки Элис порозовели от смущения и гнева. Решительно отогнав нежелательные мысли, она заняла свое место за столом рядом с Фаллингемом.
Банкомет, облаченный в черную с золотом ливрею игорного дома, сел по другую сторону стола. Кресла по обе стороны от него пустовали. Одно из них мог бы занять Рэйзеби. Элис почувствовала легкий укол сожаления. В глубине души ей хотелось, чтобы он был сейчас здесь, чтобы увидел, как мало он значит для нее теперь.
– Правила вам известны. Вы готовы начать, джентльмены… и мисс Свитли? – Банкомет вежливо улыбнулся ей. – Тогда начнем.
Элис внимательно наблюдала за тем, как он раздает карты каждому из игроков, берет одну себе, а затем снова производит сдачу.
– Я не слишком опоздал, джентльмены?
При звуках глубокого бархатного голоса по спине Элис побежали мурашки. Она хорошо знала этот голос, всегда заставлявший ее сердце биться чаще. Она замерла на мгновение, прикрыла глаза, чтобы успокоиться, сконцентрироваться. Потом подняла взгляд на Рэйзеби и увидела, что он пристально смотрит на нее.
На долю секунды время, казалось, остановилось. Потом он вежливо поклонился.
– Мисс Свитли.
– Лорд Рэйзеби, – так же вежливо и равнодушно ответила Элис, словно не она шесть месяцев сгорала от страсти в его объятиях.
Игроки, сидевшие за столом, позабыв о своих картах, смотрели на Элис и Рэйзеби.
На этот раз Элис приготовилась к встрече с ним. И она была прекрасной актрисой. Она вздохнула, успокоилась и улыбнулась.
– Мисс Свитли решила играть сегодня, – провозгласил Монтейт.
Ненужное объяснение – тонкий намек Рэйзеби, как будто Элис могла его не понять. Она вспомнила, зачем пришла сюда, и улыбнулась Рэйзеби, подавая этой улыбкой только одному ему понятный сигнал.
Она бросала ему вызов. Принимая его, Рэйзеби выбрал кресло, стоявшее напротив кресла Элис.
– Надеюсь, карманы у вас глубокие, Рэйзеби, – сказала она.
Мужчины засмеялись, не понимая истинного значения этого намека.
Но Рэйзеби понял.
– Боюсь, не слишком глубокие, – ответил он и посмотрел в глаза Элис. – Может быть, нам стоит понизить минимальную ставку, учитывая, что мисс Свитли сегодня играет с нами.
Игроки согласно закивали. Они были уверены, что Элис долго за столом не продержится.
– Боитесь, Рэйзеби? – Она выгнула бровь и улыбнулась.
– О вас беспокоюсь, мисс Свитли.
Улыбка Элис стала шире. Она положила фишки на зеленое сукно.
Увидев размер ее ставки, Буллфорд склонился к ней с озабоченным выражением на лице:
– Гм… мисс Свитли, вам уже приходилось играть раньше?
– Один или два раза. Но, признаюсь, не на деньги, – беспечно ответила она и бросила взгляд на Рэйзеби.
Он не отрываясь смотрел на нее, внимательно и напряженно, видимо вспоминая, как они играли в карты не на деньги.
Буллфорд понизил голос:
– Рэйзеби – настоящая акула, когда дело касается игры в очко. Наверное, он не говорил вам.
