Игра закончилась, очаровательная победительница поспешила удалиться, а очарованный побежденный принялся в подробностях расспрашивать своего друга, кто эта непобедимая, не побоявшаяся обыграть будущего императора? Напор Акихито был столь силен, что сопровождавшие его придворные почувствовали некоторое смущение: не подобает наследнику престола вести себя подобным образом. Надо признать, что слова «простолюдинка» или «девушка из народа», которые довольно часто встречаются в отечественных и англоязычных заметках, посвященных истории японской «Золушки», оказываются и верными и неверными одновременно. Ее отец Сёда Хидэсабуро возглавлял мукомольную компанию «Ниссин», занимающую ведущие позиции в Восточной Азии. Всякому известно, что рис несравненно более почитаем в тех далеких краях, но времена менялись, хлеб и, что немаловажно, макаронные изделия все чаще появлялись на столах японцев, и «Ниссин» процветал. Около ста миллионов долларов оборота на 1950 год – совсем недурно. Сёда Митико не была бедной девушкой. Элитная школа Фатаба Гакуэн. Университет Святого Сердца (прекрасное место, где трудно найти потомков японских крестьян и пролетариев). Семейство Сёда было частью финансово-промышленной послевоенной элиты. Правда, никакого отношения ни к старым родам, ни к новой аристократии, сформировавшейся уже во время реставрации Мэйдзи, Сёда Хидэсабуро и его родня не имели. С точки зрения консерваторов, окружавших императорскую семью, это было совершенно недопустимо. Занятная мелочь, которая может многое сказать о той неаппетитной каше, что бурлила в головах сановных старцев, державших в своих руках жизнь императорского двора. Послевоенный владыка Японии генерал Макартур посчитал уместным сделать совместную фотографию с императором Хирохито, где бравый вояка выгодно смотрелся на фоне бывшего бога. Негодованию не было предела! Умело инспирированное «возмущение народа», настоятельные призывы отказаться от публикации компрометирующей фотографии, демонстративное охлаждение в отношениях с американской администрацией и прочее в этом роде… Воистину, самомнение старой элиты может вызывать только изумление: господа, ваши армии были разбиты, корабли потоплены, а города обращены в пепел. Строго говоря, вы сами и ваш смешной божок существуете только потому, что одни иностранцы планируют вредить другим иностранцам, и вас сочли небесполезными в геополитической игре. Мысли достаточно простые и доступные каждому, но не японским придворным.
С их точки зрения, тот факт, что Сёда Митико попала в список красавиц, достойных высочайшего внимания, заслуживал всяческого осуждения и порицания.
Подбор будущей супруги для будущего государя – дело ответственное. Еще не прогремели взрывы в Перл-Харборе, а управление делами императорского двора озаботилось составлением первых списков возможных кандидаток на роль супруги для пока что маленького принца. Боевые самолеты неслись в небесах, бомбы взрывались, крейсера палили из всех орудий, а дипломаты присоединяли державу к Тройственному союзу и Антикоминтерновскому пакту. Мальчик рос, список обновлялся и корректировался. Пал остров Иводзима, а следом за ним и Окинава, Токио сгорел в напалмовом огне, а Хиросима и Нагасаки – в огне атомном, Красная армия уничтожила армию Квантунскую, но списка знатнейших красавиц эти мелочи не касались. Япония сдалась, Хирохито признался, что он не бог, а изрядное количество офицеров императорской армии совершили ритуал сэппуку – новая картина мира оказалась непосильной для самурайских плеч. Список ждал своего часа. Час пробил 18 августа 1957 года.
К этому времени обновленный список достойнейших из достойных насчитывал восемь сотен имен. В прежние эпохи количество наложниц, удостоившихся счастья быть призванными на ложе к государю, не регламентировалось, и столь внушительный список был бы небесполезен. Но уже император Мэйдзи вполне определенно демонстрировал, что со старыми обычаями пора расставаться. Моногамная семья была вознесена на пьедестал. Сам Мэйдзи был последним государем, обладавшим наложницами. Его наследник, будущий император Тайсё, как раз и был сыном одной из этих красавиц по имени Янагивара Харуко. Но государь демонстративно отринул прежнее и пышно отметил серебряную свадьбу. Наследник трона, будущий государь Тайсё, уже твердо придерживался новых принципов и никаких наложниц при себе не держал, оставаясь верным своей супруге. Интересно, что такое поведение всячески подчеркивалось, возвеличивалось и ставилось в пример остальным японским мужчинам.
