Диверсант достиг опушки и, обернувшись, выстрелил. Хищник прыгнул в сторону, прижался к земле. И правильно сделал: выстрел был метким, заряд плазмы прошел точно в том месте, где он только что стоял. Да, стреляют аборигены неплохо. Если бы сейчас открыли огонь остальные, ему бы пришлось туго. Но они почему-то не показывались. Может, успели убежать далеко?
Хищник вскочил и зигзагами помчался к тому месту, где сверкнул бластер. Пока он достиг опушки, враг успел выстрелить еще раз, и снова метко: заряд прошел у Хищника над самой головой. Враг не просто отстреливался — он бил на поражение. Если так, в лесу он должен был прекратить стрельбу: там у преследователя было гораздо больше шансов укрыться от меткого выстрела.
Так и вышло: когда Хищник оказался в лесу, выстрелы прекратились. Не слышно было и звука шагов. Может, абориген затаился, надеется спрятаться от него?
Тогда он обречен: Хищник услышит, как стучит его сердце, различит дыхание. Он двинулся вперед, до предела обострив возможности всех рецепторов. Внезапно, подчиняясь интуиции, он пригнулся и отпрянул в сторону. Что-то просвистело в воздухе, и острый диск, зазвенев, глубоко вонзился в ствол дерева над его головой.
Хищник бросился в ту сторону, откуда был пущен сюрикен. Дело принимало интересный оборот. Его противник явно не был обычным аборигеном — это был специалист. Откуда он здесь?
Следующие минуты укрепили его подозрения. Он заметил тень, двигавшуюся между стволами. Однако звука шагов по-прежнему не было слышно. Это было невозможно: никакой охотник, даже самый искусный, не мог двигаться совершенно бесшумно. И по-прежнему никак не проявляли себя остальные участники нападения на корабль; его противник был один.
Так, ловя малейшие движения одной тени среди других теней, малейшие колебания воздуха, он проследовал за своим врагом в глубину леса. Здесь передвигаться стало легче: деревья были крупнее и выше, а подлесок почти исчез. По дороге тот, за кем он гнался, еще дважды метнул оружие, и один раз Хищник не успел уклониться, и острый диск отсек ему часть уха и распорол кожу на голове.
Здесь, среди гигантских деревьев, враг в какой-то момент исчез. Даже напрягая до предела все органы чувств, Хищник не мог нигде различить никакого движения: ни перед собой, ни слева, ни справа. Впрочем, оставалось еще одно место, где мог находиться его противник: наверху, среди ветвей. Там, легко скользя с ветки на ветку, он окажется прямо над ним и превратится из дичи в охотника. Но так не может поступить никакой человек — ни обычный, ни улучшенный. Так себя вести может только одно существо.
Придя к такому выводу, Хищник выпрямился, вышел на свободное пространство между стволами и громко произнес, обращаясь вверх, в густые древесные кроны:
— Я знаю, ты здесь, брат супи! Я не знаю, кто ты и почему напал на меня, но прежде чем мы продолжим схватку, я хотел бы с тобой поговорить. Кое-что тебе рассказать, брат, и предложить кое-что. Выходи, поговорим!
Он ждал, готовый встретить удар любого оружия, но почти уверенный, что его не будет: мало найдется супи, кто не захотел бы узнать новую информацию. Даже недалекий Демосфен, и тот бы заинтересовался.
Он не заметил, откуда появился его противник; огромная фигура возникла на нижней ветке дерева словно из ничего. Враг легко спрыгнул на землю, приблизился и произнес с едва уловимым акцентом:
— Хорошо, давай поговорим, Хищный Дэвид. Что ты хотел рассказать?
Норма проснулась внезапно, словно опаленная огнем. Ощущение близкой опасности было таким сильным, словно враги уже стояли над ней. Она вскочила, оглядываясь. Нет, вроде никого. И с этой стороны, и здесь… Фу, привиделось. Но почему…
И в эту минуту со стороны обрыва, откуда она совсем не ожидала, появились несколько фигур в черных комбинезонах.
— Они здесь! — закричала Норма Хайек, шаря вокруг себя в поисках оружия. — Люси, они здесь!
Люсинда уже стояла с бластером в руках. Но пока она осматривалась, еще не полностью проснувшись, Херувим успел дважды выстрелить. Первый заряд попал в Норму — она умерла мгновенно. Второй угодил в дерево, за которым стояла Люсинда. Толстый ствол надломился и стал крениться. Прежде чем девушка поняла, что ей угрожает опасность, маленький Чака вцепился ей в брючину и оттащил в сторону. В это время гигантское дерево с шумом рухнуло.
Херувим в сердцах выругался, проклиная себя за глупость. Упавшим стволом может придавить кого-то из этих щенков. Вон, мечутся со сна, некоторые орут, не понимая, что происходит. А Командору они нужны. Что, если кого-то веткой ушибет или под выстрел попадет? Значит, стрелять нельзя. Нужно подобраться к девчонке поближе и убить, не подвергая опасности добычу.
— Не стрелять! — скомандовал он подчиненным. — Окружайте девчонку! Кто первым подойдет на расстояние точного броска — убейте. И следите, чтобы дети не убежали в лес. Быстрее!
