Сечин, несомненно, праздновал победу. Однако для прозрачности бизнеса и для бюджета это была очередная потеря. Сделка, которая должна была финансироваться западными банками, закончилась тем, что оплату провели втихую из средств российского бюджета. Несмотря на то, что Юганское месторождение продавалось якобы вынужденно для погашения налоговой задолженности на миллиарды долларов, которые должны были пойти в российский бюджет, согласно данным Центрального банка, федеральное казначейство перевело «Роснефти» 5,3 миллиарда долларов через государственный Внешэкономбанк для оплаты покупки. Россияне были убеждены, что в девяностые годы олигархи залезали в федеральную казну, средства которой держали на своих счетах, чтобы использовать их на покупку ресурсов, и это вылилось в громкие скандалы вокруг залоговых аукционов. Теперь «Роснефть» сделала примерно то же самое. Но на этот раз скандала никто не ждал. О сделке сообщила одна-единственная газета — деловой ежедневник «Ведомости», а по существу высказался единственный госчиновник. Потраченные средства вернулись в казну только в 2005 году, когда «Роснефть» и Внешэкономбанк договорились c китайскими банками об экстренном финансировании сделки на 6 миллиардов долларов в рамках нефтяных поставок, условия которой никогда не были обнародованы.
Единственным негативно высказавшимся об этих торгах кремлевским чиновником был советник Путина по экономическим вопросам Андрей Илларионов, назвав их «грабежом средь бела дня». По его словам, финансирование покупки из федеральной казны противоречило заявлению о том, что дело ЮКОСа затевалось ради возврата налогов. Илларионова уважали за принципиальность, но теперь и ему пришлось нелегко. Он не знал, как долго сможет оставаться на своем посту в условиях, когда страна отворачивается от либерального рынка, а крепнущий государственный капитализм насквозь коррумпирован. По его словам, официальные объяснения узаконенной атаки на ЮКОС «не имели под собой основания».
— Речь идет не о налоговой задолженности, потому что никто в этом деле не заинтересован в возврате налогов, — сказал Илларионов. — Компания начала погашать задолженности, даже не признав их. В ЮКОСе были готовы выплатить любые суммы, но это никого не интересовало. В Кремле отказались от дополнительных налогов ради захвата имущества. Это наиболее точное и верное описание истинного интереса к делу ЮКОСа.
В следующие месяцы и годы западные институты покорно соглашались с новыми правилами путинской экономики. Вскоре в деле была поставлена точка. В тысячах километров от Москвы, в зале судебных заседаний в Хьюстоне, в феврале 2005 года, через два месяца после торгов, судья наконец вынес отказ в требовании защиты ЮКОСа в рамках банкротства, выслушав неоспоримые контраргументы от представителей «Газпрома». В слушаниях принимали участие блестящие адвокаты из техасской фирмы Baker Botts. И хотя временный ордер был выдан в момент торгов, после рассмотрения аргументов второй стороны судья решил, что ЮКОС не имеет достаточного представительства в США и не может обращаться за защитой в американские суды. Так рухнуло последнее препятствие — теперь можно было расправиться с тем, что оставалось от ЮКОСа. Сразу же подключились падкие на лакомые куски западные компании. Имущество компании пошло с молотка.
Темерко сказал, что, ознакомившись с таким решением, он понял, что «битва окончена и США не будут стоять на пути». По его словам, в Кремле в ожидании ответа от США заметно нервничали. И хотя Госдеп продолжал осуждать эту сделку, перспективы дальнейших протестов со стороны Запада, на что так надеялись Ходорковский и его партнеры, постепенно таяли. Наоборот, западные нефтяные гиганты с удвоенным желанием выстраивались в очередь — они приняли новый порядок Путина и готовы были стать инвесторами и партнерами разросшейся «Роснефти». «Дойчебанк» и западные юристы «Газпрома» этому лишь поспособствовали. Основным игроком оставался Чарли Райан, глава московского представительства United Financial Group, в котором в конце 2003 года «Дойчебанк» приобрел 40 % акций. Райан помогал «Газпрому» с получением западных кредитов, а затем представил газовый гигант фирме Baker Botts, которая умело опротестовала петицию о защите на время банкротства в суде Хьюстона.
Райан работал над улучшением имиджа России и в США. Он действовал через одну из самых престижных адвокатских контор в самом сердце республиканского истеблишмента. Адвокаты из Baker Botts, сражаясь в суде за интересы Кремля и за его энергетических гигантов «Газпром» и «Роснефть», работали по обкатанной модели, к тому моменту они успели посотрудничать со многими автократическими режимами. Многие годы фирма защищала интересы крупных нефтяных компаний США по всему миру. Главного партнера фирмы, бывшего госсекретаря США Джеймса Бейкера представили соратнику Путина и исполнительному директора «Газпрома» Алексею Миллеру. За завтраком в ресторане гостиницы «Россия» напротив Кремля Бейкер согласился защищать «Газпром».
