— Нет, — сердито ответила Бианка. Она свернула газету и положила ее в сумку.
— Подождите меня здесь, — попросил юноша, — я сейчас, только куплю себе газету.
Он пошел искать газетчика. И, конечно, Бианка не стала его ждать. Она зашла в ближайший магазин — сделать кое-какие покупки. Она осматривала прилавки и снова чувствовала, что на душе у нее легко и радостно. Ей было очень весело и хотелось громко смеяться. Раньше она всегда была такой. Значит, она снова стала прежней.
Выходя из магазина, Бианка опять заметила того же юношу. Он дожидался ее на улице.
— Не успел, — огорченно сказал он, — все газеты уже распроданы.
Бианка взглянула на него и вдруг принялась громко смеяться. Она смеялась так долго и так безудержно, что сумка в ее руке дрожала и из нее что-то выпало. А юноша стоял и непонимающе смотрел на девушку. Наконец он сообразил, что нужно поднять то, что она уронила.
Бианка перестала смеяться. Она достала из сумки газету и протянула юноше.
— Вот, возьмите, — с серьезным видом сказала она, — я уже просмотрела.
— Спасибо, — пробормотал юноша.
Он пошел рядом с ней.
— Как вас зовут? — спросил он через некоторое время.
— Бианка.
— А меня — Марио.
— Очень приятно, но, может быть, мне совсем неинтересно знать ваше имя.
— Видите ли… Осторожно, машина!.. Мне хотелось бы встретиться с вами еще.
— Не знаю. Я сейчас должна сесть в автобус, — сказала Бианка.
Как раз в этот момент подошел автобус. Бианка поднялась по ступенькам и села возле окна. Юноша безнадежно смотрел на нее, но она сделала вид, что не замечает этого.
Автобус тронулся с места. Марио было уже повернулся, чтобы уйти, как вдруг услышал веселый голос Бианки:
— Завтра. В пять. Там же.
Марио остановился. Широко улыбаясь, он смотрел вслед автобусу, пока тот не скрылся в конце улицы. Потом он повернулся и, неожиданно подняв руку, в которой держал газету, сказал какому-то прохожему:
— Свежая газета!..
И весело пошел своей дорогой.
— Если бы я не был калекой, я бы встал, чтобы поздороваться с тобой. Ты думаешь, я не знаю, что мужчины должны вставать, когда проходит женщина? Сжальтесь над бедным!..
Бианка добежала до дому и, быстро войдя в комнату, радостно поцеловала отца. Мачисте это удивило. Уже давно они почти не разговаривали друг с другом, и такое поведение дочери показалось ему странным. Мачисте настолько отвык видеть радость, что невольно испугался. Он подумал — случилось что-то недоброе. Он чувствовал себя гораздо спокойнее, когда они с дочерью бывали молчаливы и хмуры.
— Знаешь, — сказал он, — сегодня на заводе получают новую машину. Из Англии, из Лондона. Это здорово облегчит работу. Ее давно должны были прислать… — Он кашлянул. — Понимаешь, люди должны думать друг о друге. Чтобы никто не уставал. И не жил плохо. Чтобы все оставались честными… А машина, знаешь, управляется кнопками…
— Папа, почему ты только сегодня стал рассказывать мне о заводе? Я тебя столько спрашивала, а ты всегда говорил, что это не мое дело.
Мачисте растерялся.
— Ну да… Конечно… Я был прав. Ты все равно не поймешь.
В дверь громко постучали. Отец и дочь испуганно переглянулись. Вошла хозяйка дома. Бианка посмотрела на нее и тут же вспомнила, что они просрочили плату за квартиру.
— Я не намерена ждать до бесконечности. Когда же, наконец, вы заплатите?!
— Я обязательно это сделаю, — сказал Мачисте. — Только не могли бы вы подождать еще несколько дней? В Италии я платил всегда аккуратно. Вот и Бианка может подтвердить. Разве не так?.. Но потом хозяин нашего завода разорился…
— Вам бы следовало и в Александрии платить аккуратно, — иронически заметила хозяйка и вышла.
Отец и дочь молчали.
— Папа… Что, если нам отказаться от ужина?
— Не поможет.
— А снять другую комнату, подешевле?
— Дешевле не бывает.
— Ну тогда давай возьмем немного в долг. Соседи обязательно дадут. Они нас любят. Вспомни, как они каждый день приглашают нас к себе.
— У них у самих ничего нет.
— А мне кажется, у них будет. Ведь Бруно на хорошей работе.
— Его уже выгнали оттуда.
Бианка в изнеможении опустилась на стул.
— Я забыл тебе сказать, — продолжал Мачисте, — сегодня уже требовали и за свет и за мусор… А Бруно мы и без того должны. — Он помолчал. — Знаешь, не нужно больше давать денег нищему.
Это было единственное, что они могли сделать. Во всяком случае, так им показалось. Но почему-то это обоих испугало.
Мачисте вышел из комнаты.
На лице Бианки появилась грустная улыбка. Она вспомнила, что сегодня должна была начаться новая жизнь. И эта жизнь не началась, как видно. Она никогда не начнется, и все останется по-старому.
Бианка вышла на улицу.
И один только нищий заметил, что плечи ее сникли больше обычного.
Мачисте и Бианка встретились в гостинице. Бианка была с Жаком. Жак успел отказаться от той комнаты, которую он снимал для их встреч, и поэтому им пришлось зайти сюда. На следующий день он снова должен был снять постоянную комнату.
