Несколькими часами позже возле реки, снабжавшей водой Иглз-Нест и его окрестности, ниже города по течению, некий человек, одетый в черное с засохшими пятнами крови на руках и куртке, расчищал полынью, специально вырубленную для гуляющего по здешним лесам и горным лугам скота. Тонкий слой едва успевшего вновь нарасти льда с треском ломался под ударами палки в его умелых руках. Неподалеку лежали на окровавленной мешковине два окоченевших трупа, являющихся в данный момент предметом размышлений и забот человека в черном. Он думал о мертвецах с позиции профессионала, а с этой точки зрения худших дилетантов было не сыскать... Во-первых, они никак не ожидали сопротивления со стороны жертвы, поэтому пошли на дело только вдвоем, тем более с парадного входа. Они пренебрегли мерами предосторожности, они даже не взяли топор, и только леди подала им идею, швырнув в одного этим острым предметом. К счастью, он подоспел вовремя, когда главный мерзавец замахнулся тесаком на дверь. Закончив расчищать полынью, человек в черном подтащил к ней одно из тел и спихнул ногой вниз. Река, бурным потоком скатившись с горных вершин, возле Иглз-Нест попадала на равнину и с виду становилась смирной, но внутри нее скрывалось множество омутов и глубинных течений, вполне подходящих для того, чтобы навсегда спрятать парочку мертвых мерзавцев. За первым трупом последовал второй. Человек в черном остановился на кромке льда и, подумав, носком сапога спихнул туда же мешковину. Течение медленно утянуло под лед погрузившийся на некоторую глубину труп, затем поволокло туда же старый мешок, а одинокий мужчина все стоял, глядя на бурлящую воду. Работа в этот раз была несложная: бесшумно подкрасться в темноте сзади к одному из убийц, который уже замахнулся было топором на никак не поддающуюся дверь, и, обхватив за шею рукой, бесшумно полоснуть по горлу. Напарник убитого выстрелил в него, но человек закрылся телом, и пуля досталась мертвецу, а стрелявший получил под ребра все тот же нож, брошенный с убийственной точностью. Не медля ни минуты, наемник вытащил лезвие из раны, обтер о штаны и вернул в ножны на поясе, потом, схватив за ноги трупы, отволок их через улицу в темный проулок, где завернул в мешковину и потянул к реке...
Выкурив сигарету, человек в черном медленно пошел прочь: дел еще много. Если бы кто-нибудь из жителей города вышел на улицу после часу ночи, он не увидел бы кровавых следов, ведущих от дома Черрингтонов - они исчезли.
* * *
