Вопрос обсуждался Шарлем Перро и Кольбером. Заслуга короля в данном вопросе была невелика. В 1672 году, после четырнадцатилетних перестроек в Лувре, Людовик XIV располагал здесь лишь теми апартаментами, которые ему обустроил Лемерсье в 1654 году. Колоннаду строили не спеша. Сначала король предпочитал Тюильри малокомфортабельному Лувру, а теперь отдавал предпочтение Версалю перед Сен-Жерменом. Так что он не такую уж приносит жертву, предоставляя академии «роскошные апартаменты и все, что она могла бы пожелать для удобства своих собраний»{18}. Сначала академия получила в свое распоряжение зал для приемов, отделяющий зимние квартиры королевы-матери от ее летних квартир; «потом она заняла залы крыла Лемерсье, которые были прежде приспособлены для заседаний королевского совета, между особняком Башенных часов и особняком Бове. Мебельный склад предоставил им возможность роскошно меблировать занимаемые залы»{199}.
Так все началось. Прежде короли Франции, желая переехать жить в Лувр, уступили свой дворец на острове Сите государственным учреждениям. Теперь Людовик XIV предоставляет элите нации добрую часть этого же самого Лувра, дворца, который был для людей XVII века «самым прекрасным зданием в мире»{42}. По этому случаю была отчеканена медаль. Она прославит «Apollo palatinus… Аполлона во дворце Августа.., Французскую академию в Лувре. 1672 год»{71}. Знаменитая академия продолжит в высокопрестижной обстановке свою деятельность, в частности, работу над словарем, начатую в 1638 году, которая будет доведена до конца в августе 1694 года.
А скоро к ней присоединится Академия надписей, и художники Куапель и Риго роскошно оформят ее зал заседаний. А Академия художеств, много раз переезжавшая с места на место, найдет наконец 15 марта 1692 года достойное обиталище в здании, пристроенном Лево в 1661–1663 годах на аллее Кур-ля-Рен. Через десять лет после этого щедрый Людовик уступит ей квадратную гостиную и свою бывшую библиотеку, чтобы академия могла сделать выставку своих коллекций. Вскоре в большой галерее будут проведены с любезного разрешения короля, в 1699, 1704 и 1706 годах, «салоны», публичные выставки картин и скульптур, выполненные господами академиками. В 1692 году, также переехав из Пале-Рояля, Академия архитектуры, последняя академия, обязанная своим рождением королевскому покровительству, разместится в бывших апартаментах Марии-Терезии. Академия наук, самая громоздкая из всех из-за своих коллекций, тоже переедет в Лувр в 1699 году, в бывшие апартаменты короля. Ее ученые заседания будут проходить в зале Генриха II; прекрасное чучело верблюда и слон, препарированный доктором Клодом Перро, будут занимать почетное место в бывшей парадной комнате Его Величества. Анатомические коллекции заполнят спальню Людовика XIII и соседний кабинет, оформленный ранее Лебреном. Французская академия (Apollo palatinus), размещенная как бы наспех в 1672 году, теперь расположилась на правах хозяина в обители королей.
В то время как Людовик XIV уступает академиям все больше и больше места в Лувре, старый дворец со своими не очень богатыми приделами и маленькими залами открыт для посетителей, принадлежащих к разным сословиям. Воля короля постепенно возобладала над мещанскими предрассудками Кольбера, который считал Лувр более величественным и больше подходящим для короля, чем Версаль. Людовик XIV дарит Лувр нации. И он это делает не из-за мимолетного каприза, а обдуманно подписывая в течение сорока пяти лет десятки ордеров на вселение. Одни ордера достаются придворным — де Сент-Эньяну, де Вивонну, мадам де Тианж; другие — близким придворным, которые служат в самом Лувре и обедают за одним столом с королем, как, например, Сеген, комендант дворца, в обязанности которого входит поддерживать порядок, прогонять незаконных квартирантов, проституток и бездомных, вселившихся самовольно в незанятую квартиру, клошаров и воров. Но большинство квартир на первом этаже и на антресолях большой галереи демократически и с большой щедростью предоставляется ученым или представителям мира искусств.
К 1680 году там уже жили Израэль Сильвестр, гравер; Жан Верен, декоратор; Гийом Сансон, географ; Пироб, оружейных дел мастер; Ренуар, чистильщик оружия; Вигарани, конструктор знаменитого машинного отделения зала театра; скульптор Жирардон, очень комфортабельно устроившийся; Ренодо-младший, редактор «Газетт де Франс»; гравер Шатийон; Анри-Опост Бидо, часовых дел мастер; Андре-Шарль Буль, краснодеревщик{199}. Эти привилегированные личности, часто выходцы из самых нижних слоев разночинцев, нисколько не чувствуют себя не в своей тарелке в этих высокопрестижных местах. Они там располагаются по милости короля, потом потихоньку расползаются вширь и, наконец, захватывают помещения, на которые не имеют никаких прав. Жирардон расставляет свои коллекции и устраивает свои мастерские в отсеке галереи древностей и даже помещает туда мумию.
