— Ты не считаешь опасным идти в ночь? — нахмурился Йорвет.
— Нет, — «Ишь ты какой деловой». — Мы в любом случае будем идти сутки. Что сейчас окажемся в лесу ночью, что потом. Уж лучше бы темнота застала нас в более безопасных землях.
Да что спорить с этим упрямцем? Ночью везде опасно — что рядом с пепелищем, что в середине пути, что рядом с деревней.
Закончив со стрелами, Йорвет отыскал глазами Джасти и Мариэль. Они сидели у костра и спешно делали в дорогу мази из кашиц растений, сворачивали в тряпки лекарства. Рядом с Джасти уже была приготовлена стопка чистых тканей… В общем, без работы не остались. Лис незаметно взглянул на ноги человечки. Они выглядели лучше, чем вчера. Если подумать, то она вполне способна встать на них. Но эльф мог представить, какой болью пришлось бы расплачиваться за это. Ничего. За два дня с помощью Мариэль человечка вылечится. Может, оно и к лучшему. По прибытию запрёт её в доме, чтобы разъярённым жителям глаза не мозолила.
— Ты их предупредил о ней? — спросил Йорвет, кивая в сторону Джасти.
— Разумеется. Конечно, новость пришлась эльфам не по вкусу, но что они могут сделать против приказа владыки?
— Яевинну не помешало, — хмуро отозвался одноглазый и стал помогать с ранеными. — И всё-таки, я не одобряю.
Исенгрим ничего не ответил.
Четвёртая, пятая, шестая телега… Одна могла показаться лишней, ибо повезло уместить всех в предыдущие. Но туда было решено сложить еды, лекарственных припасов, луки, кинжалы и саму Джасти. По взгляду, с каким она смотрела на заполненные телеги, Йорвет понял, что она не очень-то хотела оставаться одна, несмотря на то, что кучером будет сам Исенгрим. Но кто её спрашивает? Да и Мариэль, когда устанет, может составить ей компанию.
— Давай, ты последняя, — Железный Волк меньше всех беспокоился о её ногах. Эльф даже не удосужился помочь ей.
Но надо отдать Джасти должное. Она не возмутилась и не попросила помощи, а медленно, стиснув зубы, стала вставать. Мариэль уже хотела было броситься к ней, но её опередил Йорвет, быстрыми шагами настигнув человечку, и без предисловий взял на руки.
— Мне уже гораздо лучше, честно! — смутилась она. «С чего бы?» — подумал Лис.
— Я не против, но у нас нет времени ждать, когда ты доползёшь до телеги.
Аккуратно усадив её, Йорвет оглянулся. Эльфийки и бывшие пациенты Джасти стояли и взглядами прощались со всеми. Когда человечка устроилась удобнее, Лис отошёл к ним, дабы отдать последние распоряжения.
Процессия двинулась в путь через полчаса. Никто не оборачивался на пепелище, кроме человечки. Она ещё долго всматривалась в лица эльфов и долго смотрела на сгоревший дом. Беспокоилась, чего-то боялась. Йорвет шёл рядом, пытаясь понять причину её страха, но на лице Джасти отражались только печаль и беспокойство.
— Всё будет хорошо, — тихо сказал он. Девушка посмотрела на него только тогда, когда лес полностью скрыл место, в которое она вряд ли когда-нибудь вернётся.
***
Ночь была холодной. Но Джасти молчала. Свернулась в позу эмбриона, прикрывая ледяные ноги подолом платья, как одеялом, а ладонями обняла себя. Рядом с ней спали Мариэль и Исенгрим, который вечером поменялся с Йорветом. Девушка не могла уснуть. Ей было холодно, хотелось пить с самого ужина, ибо именно тогда приехал Железный Волк и сразу приказал собираться.
Лис знал, что она не спала. Он частенько смотрел по сторонам, бросал на деревья короткие взгляды, а потом отворачивался. Джасти понимала — он наблюдал. Не только за дорогой, но и за тем, что творится в лесу, нет ли поблизости пауков. Сестра старалась ему не мешать — молчала, как мышка. Но в лесу было спокойно, ибо Йорвет прошептал:
— Ложись спать. Нам ещё очень далеко ехать.
— Я не хочу, — прошептала она в ответ дрожащим голосом, выдавая причину своего бодрствования.
Йорвет вновь обернулся, но на этот раз его изумрудный взгляд задержался на человечке.
— Холодно? — Джасти не ответила. — Одеял мы с собой не взяли. Потерпи немного.
— Да я же не прошу ничего, — усмехнулась она. — Всё нормально, не беспокойся.
Йорвет так и не отвернулся. Она чувствовала взгляд, закрыла глаза, изображая, что пытается уснуть, лишь бы только он не видел её человеческой слабости — вон Мариэль и Исенгрим спали, и никакой холод им не мешал. Как и остальным. Конечно, с такими горячими телами-то.
Но Йорвет не только не отвернулся, но ещё вмиг оказался рядом с Джасти, поднял её на руки и вернулся на своё место. Одной рукой он придерживал её голову, а второй взял вожжи и, словно бы ничего не произошло, продолжил править лошадью. И как только смог не издать ни единого шума и не задеть спящих рядом эльфов?
Джасти смутилась сильнее, но жар, исходящий от его тела, был таким манящим, таким соблазнительным, что девушка запихнула мысль о приличии куда подальше, обхватила его руками и уткнулась носом в грудь. Одноглазый никак не отреагировал.
— Спасибо, — тихо прошептала девушка, прикрывая глаза. — И прости.
— За что?
— Тебе же неприятно, наверное.
