— Вести о Вашем выздоровлении быстро пронеслось по Лихолесью, — сладко проговорила она. Причём, сладость эта была весьма искренней. Джасти поняла, что они были хорошо знакомы, раз она так открыто с ним общается. Сам же Йорвет отвечал коротко, сдержанно, но слегка улыбался. — Как же так получилось, что Вы оказались здесь?
— Решил немного отдохнуть от военной службы. Я также рад видеть тебя, Амайра. Надеюсь, королевская целительница не будет против моего присутствия?
— О нет-нет, Йорвет, как Вы могли подумать, что я буду против?
Джасти смотрела на всё это и хмурила нос. Как щебечет, аж противно! Видимо, Лис не шутил, сказав, что остается. Он не собирался уходить. Ну ничего... Посмотрим, на долго ли его хватит?
***
Но надо отдать Йорвету должное — он не мешал. Весь день молчал, отсиживался в углу, искоса наблюдал за тем, как женщины бегали от одной койки к другой. От него даже была польза — помочь кому-нибудь подняться или вывести на прогулку в этот солнечный день, Мариэль посылала его пару раз в лес за травами. Он был этому не очень рад, однако, выбегал из лазарета, как ошпаренный. К вечеру даже виски потирал. Видимо, голова заболела. Ещё бы. Младенцев становилось больше, крики — чаще.
Амайра не упускала возможность подойти к Старому Лису. Если у неё было свободное время, она обязательно тратила его на общение с эльфом. И каждый раз Джасти это почему-то бросалось в глаза. Нет, к эльфийке никаких претензий! Если она работала, то отдавала всю себя, только бы хоть как-то облегчить страдания беременным — Джасти как раз их научила особому массажу. Но непонятно по каким причинам сестра очень сильно злилась, когда видела их вместе. Также было безумно любопытно, что их связывало. Может, они бывшие любовники? Или друзья... Но Амайра смотрела на него не как на друга.
К ужину в лазарет привели ещё одну эльфийку. Йорвет спрятался в комнате, чтобы составить компанию Зевинасу, а беременная быстро переоделась и легла на свободное место. Она боялась, не доверяла человеку и каждый раз вздрагивала, когда Джасти к ней подходила. Ничего, сестра уже привыкла. Через Мариэль или Амайру она разговаривала с новенькой, но манипуляции проводила без объяснений. Дело в лени. Джасти надоело повторять всё и всем. Сейчас она приступила к подсчёту сердцебиения малыша. К слову, сестра ещё никого не учила этому. Она не обращала внимания, как странно на неё смотрели ученицы, ведь сердце не на животе! Да и долгая это процедура...
— Что она делает? — испуганно спросила эльфийка, отвлекая Джасти от работы.
Ученицы пожали плечами.
По окончанию сестра удовлетворенно кивнула головой и хотела было пойти делать другую работу, но Амайра её остановила, озвучив вопрос беременной. Разумеется, сестра сначала не поняла вопроса, а потом до неё дошло, что она ведь ни разу не упоминала о том, что можно и нужно посчитать сердцебиение плода. Джасти улыбнулась и села обратно к новенькой.
— Иди сюда, — позвала девушка Амайру. Та села с противоположной стороны. Найдя нужную точку и не отпуская акустическую головку, человечка протянула дужки эльфийке. Она уже прослушивала сердце Джасти, так что прекрасно знала, что за вещь перед ней. — Нормально? Надела?.. А теперь прислушайся...
Она явно хотела что-то сказать, но решила повиноваться этой странной просьбе — выслушивать живот. Наверное, думает, что Джасти так проверяла пищеварение беременных.
— Что ты слышишь? — спросила одна из подруг Амайры, на что Джасти громко шикнула.
Это услышали все, кто был рядом, и в лазарете впервые за долгое время воцарилась тишина. Повезло, что младенцы в материнских руках крепко спали. А эльфийка всё слушала. Она хмурилась, непонимающе мотала головой, но упрямо пыталась добраться до сути и догадаться самой, что же делала человечка с животом беременных. И как только её глаза медленно расширились, Джасти поняла — эльфийка слышит. Она слышала быстрое, крохотное, но очень сильное сердечко ещё неродившегося эльфёнка. Кроме матери теперь была ещё одна женщина, которая чувствовала эту жизнь в утробе.
— Ну как? — ласково поинтересовалась Джасти, видя, какой восторг отразился на лице холодной Амайры.
Она нехотя вытащила из ушей душки и замерла с молчаливой благодарностью и восторгом, которые испытала.
— Давайте, девчонки, кто следующий?
Каждая долго пыталась услышать среди сердцебиения матери, перистальтики и передвижения плода тот самый заветный звук. Проходило очень много времени, прежде чем они, как Амайра, понимали, что именно хочет им показать Джасти. Последней была Мариэль. Младшая среди всех, она особенно растрогалась, услышав быстрый, почти сливающийся тук-тук-тук.
