Через час или два — Джасти трудно следить за временем — Йорвет резко остановился и стал оглядываться. Здоровый глаз эльфа медленно расширялся. Что-то пошло не по плану Исенгрима. Лошади время от времени протестующе останавливались, поднимали головы и ржали, а молодые юноши нашептывали что-то на родном языке, после чего скакуны продолжали свой шаг, неуверенно ступая по липкой земле.
— Сворачивай на главную дорогу, — вне себя от ярости прошипел Йорвет командиру.
Джасти взглянула на кучера. Эльф больше не был эталоном спокойствия и собранности. Он и сам стал слишком часто смотреть по сторонам. Немедленно исполнив приказ одноглазого, Исенгрим, ведущий всю процессию, повернул направо.
Старый Лис ловко поднялся на телегу, в которой сидела Джасти, и, натянув тетиву, стал выжидать своей цели. За ним последовали все те, кто мог стрелять, возвышаясь над немощными товарищами.
Джасти всё поняла. Пауки приближались. Мариэль прекратила свою работу и была прикрыта телами мужчин, готовыми отдать жизнь за свою целительницу. Исенгрим поторопил лошадей, но, судя по настрою Йорвета, это уже не могло помочь. Твари обнаружили свою добычу и спешили сожрать их.
Одноглазый спустил стрелу, но Джасти не видела в кого. Потом ещё и ещё. За ним то же самое проделали эльфы, но в разные стороны. Даже Исенгрим, бросив вожжи, стал стрелять куда-то вперёд. Сестра никого не видела, но ясно поняла, что они окружены. Да и не хотела она их видеть. Зато стала чётко слышать пауков.
Вскоре показались и сами твари. Их много, целое полчище… Они окружили телеги. Как бы ни хотели эльфы, они просто не успевали поразить всех. Йорвет спрыгнул на землю, доставая из ножен меч, и, изредка меняя своё оружие, начал расчищать дорогу. Лошади уже не слушались — они, охваченные паникой, бежали вперёд. Пусть так. Может получится оторваться от тех, кто сзади.
Джасти услышала крик Мариэль. Сестра резко обернулась и увидела, как на эльфийские тела прыгнула одна из черных тварей, но убийственная стрела в глаз — и паук упал с телеги.
Страшно… Пауки визжали со всех сторон, оглушая девушку, приводя её в дикий ужас. Тело задрожало, живот скрутило от страха, сердце бешено колотилось в груди… Йорвета практически не видно под этим тварями. Лишь изредка, он выпрыгивал на свободную от них землю и атаковал вновь, то стрелой, то кинжалом.
— Стойте! — закричал Исенгрим, останавливая свою повозку, тем самым подвергая себя и остальных неминуемой опасности.
Но он так сделал неспроста. Если прислушаться, то, помимо визгов пауков, можно было услышать вдалеке взрывы. А приглядевшись, Джасти увидела, как одна из приближающихся тварей наступила на землю и тут же подорвалась на ней. Ни то камни с землёй, ни то осколки летели в близ бегущих пауков, замедляя или даже убивая их. Эти взрывы стали разноситься везде. Но выжившие пауки приближались, а стрелы кончились…
У кого были кинжалы, стали отбиваться ими. Исенгрим и молодые юноши слезли с повозок и, как Йорвет, бросились в паучью гущу. Джасти хотела помочь. Очень хотела. Она с ужасом наблюдала, как мужчины еле успевали отскакивать от врагов, при этом стараясь не прижиматься к липким деревьям.
А дальше произошло, как в каком-то фильме: твари, что были ближе всего к телегам, прыгнули, но так и не настигли своих жертв — град из стрел насквозь пронзал тела врагов, и те падали на землю, так и не добравшись до раненых. На помощь Йорвету пришли новые эльфы, доспехи которых Джасти уже видела, но лица мужчин не узнавала.
С одного из окутанных паутиной деревьев на телегу сестры спрыгнул кто-то. Она взвизгнула, ожидая увидеть паука, но нет. Это знакомое лицо с озорной улыбкой, которую Джасти была так рада видеть.
— Нет нужды переживать, когда Зевран идёт спасать! — весело произнёс эльф, достал из-за спины два красивых кинжала и, спрыгнув с телеги прямо на ближайшую тварь, вонзил их в неё.
Какое счастье. На подмогу пришли воины Леголаса под началом Ворона. Вновь. Эльфов меньше, чем врагов, но даже с таким перевесом прекрасный народ с лёгкостью расправлялся с ними, прикрывая спины друг друга и оберегая раненых. А Зевран, будто всю жизнь этим занимался, убивал врагов больше всех, одними прыжками и ловкими пируэтами всаживая кинжалы, тут же убивая пауков.
С ними было покончено не так быстро, как у лазарета, но воины оттеснили пауков вглубь леса, где и добили. Все те, кто умудрялся прорваться и попытаться схватить более лёгкую цель — на телегах — моментально становился подушкой для стрел. Джасти взглянула наверх и с улыбкой встретила прекрасных лучников, готовые убить следующего осмелившегося подойти паука к раненым храбрецам.
Наконец наступило молчание. Лишь тяжелые вздохи кучеров, Йорвета и Исенгрима нарушали тишину. Воины Ворона даже не успели устать. Лучники спрыгнули с деревьев к раненым, тщательно их о чём-то расспрашивали. Мариэль, получив свободу от своих стражей, также немедленно стала осматривать спасителей. Ей улыбались и качали головой, мол, всё хорошо.
