Моя группа в восторге, другие преподаватели тоже. Организация ложится на мои плечи — а я и рада! Завожу учёт всех участников, разрабатываем программы по каждой номинации, всё время не упуская из внимания, что на подготовку всего не всего ничего…
На удивление и Тимур проявляет активность, постоянно спрашивает как дела, не нужна ли его помощь? Деньги… Отнекиваюсь, отмахиваюсь, стараюсь без лишних затрат с его стороны — уж больно не хочется ему быть обязанной.
Гончий догадывается и частенько после очередного отказа, пилит меня недовольным взглядом, словно желает упрекнуть, но отмалчивается.
В остальном я его стараюсь не раздражать — не дай бог переиграет и устроит мне тюремное заключение. Лучше побыть хорошей девочкой, выполнять его мелкие прихоти и даже извращенные фантазии, лишь бы не передумал!
Но уже буквально внеся в гостиничный номер чемоданы, не успев принять душ, Гончему поступает звонок. Судя по-недовольному голосом Тимура случилось что-то авральное.
— Да! Скоро буду, — бросает в трубку, оборачиваясь ко мне.
У меня из-под ног словно уходит земля.
Кожей чувствую — вот-вот лишусь самого важного, чем живу эти месяцы — побыть со своими подопечными, увидеть своими глазами как они выступают, как побеждают!
Затаив дыхание, смотрю на Тимура, остановившегося около меня.
— Малыш, — начинает он, натягиваюсь как струна, — мне очень жаль, но случилось непредвиденное…
Сердце пробивает болезненный удар.
— Родители?
— Нет! — торопливо качает головой Тимур. — Не волнуйся, с ними всё норма! Дело дрянь с бизнесом. Нужно ехать в другой город…
Продолжаю молчать, уже понимая, что Гончий меня одну здесь не оставит… почти год следит коршуном и не выпускает из цепких лап.
— Знаю, что тебе обещал, — жуёт слова Гончий, будто сам не находит подходящих. — Знаю, что ты готовилась, но мне очень жаль…
— Тим, — обида сдавливает горло, в глазах щиплет. — Я не могу уехать! Я обещала своей группе. У нас такая сильная программа. На меня все надеется. Пожалуйста, — мой голос стихает. Понимаю, что давлю на жалость, и даже унижаюсь, умоляю мужа отпустить меня.
Тимур подступает, мягко сжимает мои пальцы своими, подносит губам и делает то, чего не делал никогда. Нежно целует каждый пальчик, при этом тараня меня задумчиво мрачным взглядом:
— Да, я знаю как для тебя это важно. И я готов на уступки, если поклянёшься, что не сбежишь. Что не предашь меня, и мы обязательно побудем вместе. А я в свою очередь обещаю, что приеду как можно быстрее. Разберусь с делами, и приеду!
Давненько не испытывала такого удивления.
Я шокирована, приятно удивлена… Сдержанно киваю:
— Конечно, обещаю. Если ты мне будешь больше доверять, возможно, нам будет проще уживаться…
— Не поверишь, как я этого хочу, — опять удивляет муж, и теперь мягко целует: — Я правда хочу наладить отношения. Если дашь шанс, я сделаю всё для того, чтобы ты меня простила.
Вот так я остаюсь одна.
Расстроена ли?
Ни в коем случае!
У меня только счастливые мысли.
У меня самые радужные планы.
Я хочу провести это время без слёз и страха, полностью отдаваясь любимому делу.
Мне действительно становится так хорошо, словно груз с плеч.
Я… почти свободна! У меня расправляются крылья! Я вот-вот полечу.
Конечно, не собиралась, глупить сбегать или изменять. У меня своя программа и главная цель — достойное выступление во всех заявленных номинациях.
Мы приехали в Питер с огромными надеждами с большими планами!
Быстро проверяю, как размещены другие, и только убеждаюсь, что проблем нет, вместе с группой иду смотреть зал и сцену, где будет проходить непосредственно конкурс.
На входе нам выдают бейджики, и раз разрешено смотреть за репетициями других, мы этим пользуемся. Пока ребята и другие преподаватели рассаживаются, я иду к организаторам, взять график репетиций и конкурса по дням.
И никак не ожидаю, что уже на выходе столкнусь с… Лютым!
Варя
Он одет как секьюрити, обслуживающие конкурс: в чёрный костюм, белую рубашку. Только выглядит в отличие от рядовых охранников, смотрится как-то очень дорого. Не думаю, что просто служащий может позволить себе брендовый костюм. Да и ботинки не из дешёвых.
— Здравствуй, — на нервном выдохе. Мой голос звучит очень тихо, чуть виновато, хоть и стараюсь выглядеть как можно равнодушней.
— Здравствуй, — коротко кивает Сергей. По виду он так же холоден и спокоен, как и я.
Правда, он всегда умел себя держать в руках, даже когда был предельно возбуждён или разгневан. И это меня пугало.
Стоим.
Странно как-то — он по свою сторону, я по свою… Ни он, ни я не делаем попытки пройти. Не мнёмся, не сменяемая, просто смотрим друг на друга.
Уж не знаю, о чём думает он, а я… чую, что наша встреча не совпадение.
