Я лег на спину и уставился в синее небо. Представил себе молодого, хмурого фрица в френче с закатанными рукавами и как он выводит из избы заплаканную девочку с куклой в руках, слегка подталкивает ее в спину к маме, делает знак солдатам: все готово, можно поджигать. И в ответ протяжный, долгий женский вой, вперемежку с детским плачем и черные клубы дыма, накрывшего деревню, скрип телег, лающие немецкие слова… Почему девочку звали Зина? Может быть, я ошибся? Нет, почему-то прекрасно запомнил – Зиной звали ту девочку, и вечер тот в бане с Серегой хорошо помню, и банщика, отплясывающего цыганочку на бетонном полу.
– Олег, Олег, Олег! – услышал я встревоженный голос Лизы и открыл глаза.
– Что?
– Ты чего? Скрипишь зубами, как будто рвешь кого-то. Я испугалась.
Я приподнялся на локте.
– Не бойся, Лиза. Знаешь что?
– Что? – почти шепотом спросила Лиза.
– Теперь я буду нести за тебя ответственность. И не сомневайся, я тебя не брошу. И бабушку твою не бросим. У меня есть к тебе серьезное взрослое предложение.
– Какое?
– Давай вместе начнем новую жизнь. Ты и я! Ты будешь учиться, а я начну работать! Ты не представляешь, как можно хорошо жить! Главное, выбраться на свежий воздух! Ты думаешь, что знаешь жизнь? Ни фига! Ты не знаешь жизнь. Твой мир ненастоящий! Обман! Ты увидишь настоящий и полюбишь его! Я уверен. Ты не представляешь, какое это счастье, когда можно без страха повернуться спиной к другу! Когда девчонка говорит тебе «да!», не потому что хочет получить от тебе, а потому что хочет отдать тебе! Не только тело, но и все, что у нее есть. Когда девушка смеется чисто, звонко, как ребенок, а юноша мечтает спасти ее от злодеев, потому что не представляет свою любовь без подвига. Это мир, в котором на заре можно заплакать от умиления, когда дарить радостнее, чем принимать, когда от жутких предчувствий не сжимается сердце и каждого хочется пожалеть!
Я говорил взволнованно, красиво, с нарастающим восторгом – себе ли? Ей ли? Не знаю. Знаю только, что говорил искренне и верил. Верил, что теперь все действительно будет иначе. И у нее, и у меня. Может быть, даже главным образом у меня.
Этим вечером я не сидел привычно на своем стуле у отца Георгия, а взволнованно ходил по саду.
– Надо, надо начинать жить по-новому ! Хватит киснуть. Пожалуй, открою ресторан. У меня есть на примете местечко. На Финском заливе, в Комарово. Связи в Курортном районе остались. Там дивно! Сосны, песок, все как полагается. Осенью, правда, штормит, но не беда. Кухня? Подумаем. Главное, найти стоящего повара. И хорошую команду. Никакой роскоши, золотых канделябров, цыган и прочее. Европейский стиль. Отличное качество продуктов и сдержанность. И Лизу можно прекрасно устроить. А? Что скажете?
Отец Георгий улыбался моей горячности, но похоже тоже вдохновился.
– Так Вы обдумали? Все хорошенько обдумали? Не раскаетесь?
– В чем? Я свою жизнь презираю и ненавижу. В чем я должен раскаяться? Если не получится с рестораном, начну другой проект. Сяду за книгу. Построю часовню. Полечу в космос! В монастырь уйду, наконец! Жизнь только начинается, отец Георгий. Поверьте!
– Это в Вас влюбленность говорит. Да, да! Не спорьте! Влюбленность разная бывает, не мешайте ее с грязью. Ваша – от чистого сердца. Берегите ее. И… молитесь. Как умеете. Просто просите.
– Что просить, отец Георгий?
– Как что? То, чего Вы больше всего хотите. Ведь Вы счастья всю жизнь ищите? Вот и просите Бога о благодати. Боже, даруй мне благодать Твою! Вы ее почувствуете. И почувствуете, как она уходит. Тогда делайте выводы: почему? И начинайте все сначала.
Меня распирало. Хотелось и отца Георгия облагодетельствовать.
– А почему бы Вам не принять сан? Я и церкви Вашей помог бы. Помните ту, что в Теребенях? Вы рассказывали про нее? Там ремонт нужен? Не проблема.
– Там паства нужна. Вот где проблема. Народ-то в деревнях вымирает. Да и пастырь должен быть настоящим подвижником, не мне чета. Вы мне лучше скажите, Лиза готова ли? Не фантазии ли это ее очередные?
Я с досадой пожал плечами. Говорить о том, что Лиза влюбилась или выдумала свою любовь ко мне, не хотелось. Потому что это обесценивало мои надежды и мечты. Чудо превращалось в банальную историю.
– Что бы это ни было – я не отступлю. Дело не только в ней, дело во мне. Я! Я не хочу жить по-прежнему. Мне нужно спасаться в первую очередь. А Лиза? Конечно, она еще ребенок. Так ведь мы то с Вами взрослые, опытные… Мы и поможем!
– Дай Бог, дай Бог!– проговорил про себя отец Георгий.
