— Не отвлекайся, как тебя там! — пристрожила меня девушка с косой, — не впадай в мелочи.
— Петров, — я назвалась. Раздались хлопки ладонями в ответ.
— Продолжай, Петров. Интересно!
Люди смотрела на меня разными глазами. Смешливыми, умными, любопытными, настороженными даже презрительными. Но равнодушных лиц мне не встретилось.
— В новейшее время, когда Империи удается отловить хомо верус живьем, она закрывает их в «Святой Каталине», независимо от возраста и пола, намерений и заслуг.
Зачем я посмотрела? Вероника мило поправляла барону выбившуюся из прически прядь волос. Та не поддавалась. Она не оставляла попыток. Он что-то трындел с гадкой улыбочкой. Я повернулась спиной к милующейся парочке. Ненавижу! Мерзкие лицемеры.
— Межгалактическая Служба Призрения собирает всех хомо верус в это не столь отдаленное место. От нуля до восьми содержатся в приюте. От восьми до четырнадцати — в подростковой тюрьме, остальные — во взрослой…
— Чушь! Сказки! — высказался беспокойный оппонент. Я вспомнила: он уже нарывался на нас с рыжими братьями. Вечность назад, на Первом балу. — Такой информации нет в Сети.
— Если к вам не прислоняются в Столичном метро, это не значит, что его в Столице не существует, — резко высказалась я, — запишись в библиотеку, погодник, вдруг получится узнать что-то новое.
— Ты сочиняешь складно, пограничник, пять баллов! Но все это только слова, — не унимался тот, — пузыри земли.
— Ты аккуратней, парнишка, — спокойно сказал Левый и встал рядом со мной, — за языком следи.
— Хочешь сказать, что наш братан врет? — присоединился Правый.
Мы стояли плечом к плечу.
— Ладно тебе быковать, утихомирься, — махнула властно ребром ладони, как отрезала, барышня с косой, — не обращай на дурака внимания, Петров. Как рождаются полукровки расскажи, плиз.
— Геном хомо верус передается только женщиной, остальные комбинации не работают, — я улыбнулась. Приятно и тепло, когда братья с тобой. — От мужчин хомо верус у хомо сапиенс дети не рождаются.
— Значит, если я пересплю, — Иван беззастенчиво потянулся в кресле. Устал сидеть на одном месте. Волшебные качества и секреты хомо верус мало занимали большого комэска. Аудитория заинтересованно захихикала. — То есть, я хотел сказать, женюсь на хомо верус, то у меня родятся хомовирусята?
— Да. При условии, что ты женишься на женщине из племени хомо верус, — я засмеялась.
— А на ком же еще?
Искреннее изумление Вани вызвало нормальный громкий смех.
— Я понял, — он тоже засмеялся и прибавил отчего-то мечтательно: — говорят, они жутко развратные твари.
Веселье амфитеатра подошло к грани полной анархии. Черепахе пришлось вмешаться громким стуком молоточка по кафедре. Ребята переключились без паузы:
— А правда, что они могут вырастить себе заново руку или ногу?
— Да. Регенерация тканей девяностопроцентная.
— А голову?
— Нет. Поэтому так много развелось охотников за их головами в Последнюю войну.
— Правда, что звери живут вечно?
— Нет. Но достаточно долго.
— Как они перемещаются в космосе? Без скафандров, кораблей и другого оборудования? Жесткое излучение им не вредно?
— Как порталы открывают? Где угодно могут? Волшебной палочкой машут? Почему звери могут, а нормальные люди нет?
— Что такое ментальная атака? Это массовый гипноз?
Вопросы сыпались ото всюду. Я упорно стояла спиной к руководящим креслам. Край глаза зацепил планшет на столе. Экран полыхал сообщением. «Заткнись!!!!» кричали огромные буквы. Я увлеклась. Семинар стремительно перетек в интервью. Я заткнулась.
Рыжие братья и остальные мои товарищи по научному счастью пытались что-то отвечать по учебнику. Стало заметно скучно. Дождь сексуально-наивных глупостей и умных замечаний иссяк потихоньку.
— Время вышло и наш коллоквиум окончен, — объявила Бланш. — Питер и Пауль ОТуллы — зачет-автомат, остальных жду через неделю.
— А я? — я едва слышно спросила от удивления. А я?
— Я не сказала? — Черепаха сделала удивление не хуже. Смотрела непонятно.
— Нет, — я сделалась готова к любому решению.
— Как, вы говорите, называлась книга? — старуха забыла мигать. Вертикальный зрачок чернел на бледно-желтом фоне равнодушно.
— «Об особенностях размножения хомо верус» — повторила я, — автор…
— Я знаю, — перебила меня преподаватель, моргнула, — Где вы умудрились прочитать эту работу, Петров? в приютской библиотеке?
— В отцовской, — соврала я, не моргнув глазом. Не понимала, к чему клонит уважаемая дама. И неожиданно для самой себя добавила: — в приюте нет библиотеки.
— Я знаю, — повторила мадам Бланш. Отвернула голову и стала глядеть вбок. Куда-то в сторону барона Кей-Мерера, серебряных абрисов самолетов на фоне синего неба, и дальше в горизонт. — Я поставила вам зачет-автомат, Петров. Всего хорошего.
