Наконец разобравшись со всей корреспонденцией, уже ближе к обеду он аппарировал на небольшую, мощеную грубым серым камнем и окруженную чопорными и мрачными викторианскими домами площадь. Стоило ему сделать несколько шагов вперед и два магловских здания перед ним расступились, открывая взгляду его отчий дом. Раз в пару лет, когда Орион обновлял защитные заклинания, они переставали пускать Альфарда, но он все равно обычно предпочитал такое перемещение камину — возможность увидеть Гриммо 12 снаружи выпадала ему не так часто, как остальным родственникам. Сегодня чары узнали его безо всяких проблем.
Даже вечно причитающий домовой эльф сегодня подавленно поджал уши, будто бы чувствовал, что в доме происходит что-то неладное. Он провел Альфарда в столовую, где как раз приступали к обеду его брат с женой. На лице Ориона отпечаталось разозленное и усталое выражение — явный знак того, что он в очередной раз безуспешно пытался вразумить своего наследника. Вальпурга же, кажется, впервые в жизни не злилась еще больше него, а была растеряна.
— Альфард, от него ничего невозможно добиться, — стоило ему переступить порог начала кузина. Между столь близкими людьми правилами вежливости можно было порой пренебречь.
Ее супруг немедленно отозвался, с неприлично громким звоном опуская столовые приборы на тарелку:
— Не преувеличивай. Сириус не смеет скрывать от меня, что он натворил. Но вот причину своего отвратительного поступка он, похоже, выдаст только под пытками, что я спустя несколько дней уже не буду считать таким неприемлемым вариантом.
— Ты же не против, если я с ним поговорю? — Вальпурга тут же посмотрела на него с благодарностью. Хотя Альфард и чувствовал себя не в своей тарелке, он по-прежнему считал своим долгом попытаться вразумить племянника.
— Будь так добр. В случае необходимости, отцовская трость в кабинете, плети в подвале.
Никто из них троих даже не улыбнулся шутке.
***
Спальня Сириуса была самой большой из детских на третьем этаже. Альфарду она была хорошо знакома: в его детстве эта комната тоже принадлежала старшему из братьев Блэк, а сам он проводил там много времени, изо всех сил пытаясь вести себя тихо и не раздражать Ориона, занятого домашними заданиями или чтением (обычно у него плохо получалось). Постучав, но не дождавшись ответа, Альфард вошел.
В спальне как будто прошел ураган, что, впрочем, было обычным ее состоянием с тех пор, как Сириус научился ходить. В очередной раз заклинанием были сорваны со стен магловские картинки, только гриффиндорский баннер был помилован, хотя и неохотно. По полу были разбросаны вещи, так и не собранные в Хогвартс, раскрытый в центре комнаты школьный сундук с целым комом дорогих мантий дополнял картину. Видимо, Кричеру пока запретили наводить порядок в спальне провинившегося подростка.
Виновник родительских волнений лежал на своей огромной кровати лицом в шитое золотом покрывало и никак не реагировал на вошедшего. Лишь узнав голос Альфарда, он поспешно сел и попытался принять свой обычный самоуверенный вид.
Удавалось плохо. Сириус выглядел сам не свой. За эти несколько дней даже его длинные волнистые волосы как будто потускнели. Мальчишка был вымотан до крайности, что и неудивительно, если его отец правда посвятил все это время воспитательному процессу.
— Ну как ты? — коротко спросил Альфард. Он не собирался сегодня нежничать, но, увидев абсолютно несвойственную его племяннику потерянность, немного смягчился.
— Нормально, — похоже, Сириус едва ли не впервые в жизни не знал, что сказать.
— Сириус… — тяжело вздохнул Альфард.
Он помнил его еще совсем крохой — как раз вернулся из Алжира когда он делал свои первые шаги. Хотя он редко бывал в Британии (а может именно поэтому), Сириус всегда делился с ним своими детскими проблемами и тревогами. Альфард и сам любил живого, любознательного и очаровательно дерзкого племянника. Ему было нелегко принять тот факт, что этот родной и любимый ребенок был способен на такой ужасный поступок. Он отчаянно искал объяснение.
— Можешь не переживать, — отрывисто, слегка охрипшим голосом сказал Сириус, — меня уже достаточно наказали.
— Я знаю — и знаю, что абсолютно заслуженно. Но по-моему уж я-то точно заслужил право знать, зачем ты это сделал?
Избегая ответа, Сириус встал и подошел к окну. По гримасе, исказившей на секунду его лицо, Альфард понял, что Орион все-таки выпорол сына. В отличии от их отца, он прибегал к этому методы воспитания очень редко, но и ситуация была из ряда вон выходящая.
— Что бы тебе ни говорил твой Северус, я не собирался его убивать.
— Я в первый и последний раз посоветую тебе оставить этот тон, — прервал его Альфард. — Ты сейчас не в том положении. И это не ответ на мой вопрос.
— Я просто хотел, чтобы он отстал от нас, понятно?! Мне надоело, что он вечно таскался за мной и Джеймсом, как приклеенный, и я решил напугать его так, чтоб неповадно было!
Это объяснение было даже хуже.
