— Пойми, речь идет не только о Северусе. И не только о тебе — хотя нам с твоими родителями очень важно, чтобы ты понял, почему это было неприемлемо. Но ты подумал, например, о своем друге и о том, что могло случится с ним, если бы о случившемся узнали? — лицо Сириуса мгновенно побелело, а глаза налились слезами, чего с ним не случалось с глубокого детства.
— Ремус ни в чем не виноват! Дядя, он никогда и мухи не обидит! Пожалуйста, не позволяй им рассказать министерству, они убьют его. Это я во всем виноват, можешь наказывать меня, как хочешь, но Ремус ни о чем не знал!
— Не бойся за него, — успокоил Альфард. — С ним все будет в порядке. И — я говорю тебе это по очень строгому секрету, так что никому не слова! Совсем никому! Так вот, ты не должен волноваться, когда его не будет в школе. Обещаю тебе, с ним все в порядке. Но ради его же собственной безопасности ему стоит некоторое время побыть в другом месте. Ты меня понял?
Возможно, ему не стоило рассказывать об этом. Сириус, как выяснилось, не так уж хорошо хранил секреты. Но он представлял, что будет происходить в голове мальчика, если он вернется в Хогвартс и обнаружит, что его друг исчез по надуманной причине. Он не собирался посвещать его в подробности, но надеялся, что это хоть немного поможет.
Сириус попытался засыпать его вопросами, но Альфард был непреклонен. Достаточно было того, что его сын был запутан в эту грязь, только Сириуса там еще не хватало.
— Подумай о том, что я сказал, хорошо? И помни, что ты не один.
Он потрепал Сириуса по длинным черным кудрям и встал, чтобы уйти. Уже возле двери его настиг тихий, почти не похожий на Сириуса голос.
— Прости меня… за Северуса. Скажи ему, что мне правда жаль.
Альфард обернулся:
— Сам скажешь.
В этом возрасте ему было пора делать некоторые трудные вещи самостоятельно.
В гостиной он как раз успел на послеобеденный кофе. Хотя его разговор с племянником сложно было назвать успехом, Альфард был уверен, что впустую он тоже не прошел. Он посоветовал брату в качестве наказания заставить сына написать подробное письмо с извинениями для его друга и постарался поскорее уйти. У него были и другие дела на сегодня.
***
Не считая находящегося там Хогвартса с сотнями студентов, в Шотландии проживало не так уж много волшебников. Бескрайние просторы вересковых пустошей и угрюмое побережье на сотню миль привлекало многих своей величественной мрачностью, но немногие готовы были терпеть холодную погоду, оторванность даже от подобия цивилизации и известных тяжелым и вспыльчивым нравом аборигенов. Большинство англичан, даже задыхаясь от тесноты в перенаселенном Хогсмиде, не рисковали попытать счастья в Эдинбурге, опасаясь реакции новых соседей. Шотландцы, как и Ирландцы, прекрасно помнили историю последних нескольких сотен лет и не особо жаловали бывших завоевателей.
Естественно, там были и коренные волшебники, но большая их часть держалась обособленно от британской аристократии по тем же причинам. Молодых маглорожденных такие условности волновали меньше, но традиционные горные кланы свято почитали традиции предков. Они отдавали своих детей в Хогвартс, работали в министерстве, делали покупки в Косой Аллее, но редко приглашали чужаков в свои уединенные замки высоко в горах.
Альфард все пытался вспомнить, бывал ли он хоть раз в Шотландии. В этом была своеобразная ирония: он путешествовал на пяти континентах и бывал в таких местах, которые обычному волшебнику и не снились, но в своей родной Британии видел только Лондон, Хогвартс да несколько имений людей одного с ним круга. Если бы не причина, по которой он здесь оказался, он был бы в восторге от перехватывающей дыхании суровой красоты горного удела.
Замок Даннотар выглядел по-настоящему древним. Сложенный из грубо обработанного белого камня, он как дракон свернулся на вершине лесистого хребта. Если бы хозяева запретили аппарацию в радиусе хотя бы мили, замок превратился бы в почти неприступную крепость, удобную для обороны. Из долины к нему вела мощенная, по виду еще римская дорога. Альфард был рад, что аппарировал сюда, а не воспользовался камином: вид открывался захватывающий. Крепостные стены были невысокими, но выглядели очень крепкими. Так близко у самых ворот было видно только башню донжона, тоже весьма приземистую, по форме напоминавшую бочку.
Он еще не успел пройти короткий отрезок от аппарационной точки до стены, как ворота отворились с низким, утробным звуком. Перед Альфардом предстала женщины лет сорока, в старомодном шотландском платье, широкая полоса сине-зеленого тартана укрывала ее плечи и спускалась почти до колен. Русые волосы были уложены в косу вокруг головы.
— Добрый день, мистер Блэк. Добро пожаловать в Даннотар. Граф ждет вас, извольте следовать за мной.
