На интервью к мэру города Л. была невероятная очередь. Пресс-секретарь городской администрации Глаша Стожкова только успевала выдавать аккредитации репортерам.
Журналистка японской телекомпании «Восходящее солнце» Асука Токуяма спросила Несмышляева на ломаном русском:
– Будь вы российским лидером, то пожелали бы установить памятник Ивану-дураку на Сахалине и островах Курильской гряды? Или у вас есть понимание того, что это исконно японские земли и этот недружественный шаг может еще более отдалить во времени подписание мирного договора между нашими странами?
– Дорогая Асука, так далеко я не думал, предлагая установить памятник Иванушке-дураку в нашем городе. Но если вы так ставите вопрос, то моя позиция предельно четкая. Тут все будет зависеть, прежде всего, от волеизъявления нашего народа, от мудрых решений нашего уважаемого Президента. Ведь при всем уважении к вашей стране, я гражданин великой России и мне ближе чаяния наших простых граждан, к числу которых я с гордостью себя отношу. Но это совершенно не значит, что установка памятников на российской территории нужно воспринимать, как недружественный знак. Это, прежде всего важный шаг в укреплении национального самосознания российского народа.
Асука в ответ кивнула и подарила Ивану Несмышляеву японскую игрушку – прототип русской матрешки. С каким подтекстом был сделан этот подарок, Асука не пояснила. Японский аналог был расписан под гейшу. В самой большой гейше было восемь деревянных сестер, каждая гейша одна другой меньше.
Едва Асука Токуяма покинула кабинет мэра, Несмышляев позвонил пресс-секретарше Стожковой: «Так кто у нас еще сегодня на очереди?».
– Двое журналистов из американской телекомпании, а также съемочная группа ТВ-«Дорога к храму», ну и еще один репортер из популярной желтой газеты с неприличным названием, – проинформировала начальника Глаша Стожкова.
– Любопытно. А какие же вопросы подготовила мне желтая пресса? – поинтересовался мэр.
– Предварительный список вопросов, присланный на согласование, огромен.
– Прочти хотя бы два, – торопил Иван подчиненную. Ему не терпелось поделиться глубокомысленными идеями с самой широкой аудиторией.
– Хорошо, Иван Петрович. Вот такой, например, вопрос: как вы относитесь к однополой любви? И почему вы официально неженаты?
– Та-а-к. Желтую прессу – разворачивай. Толерантность – не есть фундаментальная ценность для русского человека. Зови, Глаша, наших, православных. «Дорога к храму» – красивое название.
Бородатых журналистов этой степенной телекомпании более всего интересовало, в каком именно виде будет изображен Иванушка-дурачок в бронзе.
– Пока проект памятника прорабатывается с известным скульптором Гиви Цетерадзе. Но вы подсказали мне хорошую идею устроить на сей счет народное голосование в интернете. А сами-то вы каким видите будущий памятник нашему сказочному национальному герою? – неожиданно сам спросил репортеров съемочной группы Несмышляев.
К такому вопросу журналисты оказались не готовы, они сами привыкли их задавать, совершенно разучившись за что-либо отвечать.
– Вот видите, насколько сложна эта тема, – покачал головой мэр Несмышляев. – А мелочей тут быть не может. Предположим, вложи в руки бронзовому Иванушке меч-кладенец или лук со стрелами. Сразу возникнет подозрение в воинственных планах нашего государства. А вы же знаете, как болезненно относятся к нашей стране представители бывших республик Союза, а поляки, а американцы… Иван-дурак с гуслями в руках или на печи – тоже не совсем верная трактовка образа национального характера. Потому что не только своей богатой культурой славен русский народ.
– Можно голого Ивана изваять с березовым веником в руках. С намеком на то, что русский народ – открытая душа, особенно после парной… – внезапно предложил репортер «Дороги к храму», справившись с замешательством после того, как мэр обескуражил его вопросом.
– Еще скажите, что с рюмкой водки в руке. Тут важно не переборщить, не заиграться, а отразить истинную суть русского человека, – очень серьезным тоном сказал мэр. – Мне лично видится постамент в виде Лобного места, где Иванушка читает «Отче наш».
– На Лобном месте перед тем, как ему отрубят голову? – предположил журналист.
Такое сравнение мэру не понравилось.
– Ну зачем же сразу голову рубить? – Иван невольно потер шею. – Дураков на Руси любили во все времена.
Следующие на очереди к мэру города Л. были американские телевизионщики.
– Мистер Несмышляев, а это правда, что памятник Иванушке-дурачку будет больше Статуи Свободы? – спросили немолодые уже репортеры Билл и Джон. Билл пришел на интервью в розовых брюках, Джон в рубашке такого же цвета. Судя по их веселенькому внешнему виду, оба были старыми членами известной и популярной в последнее время на Западе секты слабозадов.
Иван начал ответ издалека, стремясь продемонстрировать широту своих познаний.
