– Ладно, как знаешь. Договорились!
Он шустро протянул мне лапищу для рукопожатия. Я же его схватил за руку и сжал, не отпуская:
– Но сначала ты снова залезешь на их сервер.
– Ты же сам сказал…
– Думаю, найдешь способ, – спокойно сказал я. – Может быть ничего и делать не придется. Может быть одна из уже заброшенных на их сервер программок-шпионов до сих пор шлет тебе инфу, а тебе нужно будет ее просто скачать.
– Черт! Запомнил. Надо прекратить тебе рассказывать подробности моей работы. А то мне же это и выходит боком.
– Если можешь скачать старые данные, можешь качать старые. Это не принципиально. А может просто пороешься в своих закромах и найдешь то, что якобы давно удалил.
Экстази заметно посвежел увядшим было лицом, подтверждая мои давние догадки.
– Ты ничего не удалял, – сказал я утвердительно. – Так ведь?
– Ну…
– Так. Это значительно облегчает наше дело. Тебе флешку дать или сам найдешь подходящую?
– Там столько данных, что и за сто лет не…
– Да-да-да, все помню, – перебил я его. – Куча архивов, гигабайты и прочая хрень. Плевать. Сбрасывай все, что есть. Люди, которым я это передам, знают, что делать с подобными вещами. А пока поройся в этой инфе и структурируй трафик. Мне нужно знать если не все, то максимально много о перемещении тех курьеров, за которыми ты уже следил: как, на чем, когда и куда ездят?
– Ты слишком много хочешь. Я уже ковырял эти данные, там максимум будет дата и время перемещения.
– И все же попытайся. Не за деньги! За идею!
– Да в гробу я видал твои идеи!
– Мои? Э, нет! Теперь они наши.
Я наконец отпустил его уже побелевшую от напряжения руку.
– Не медли. Тотчас берись за дело! Пора валить этого мамонта.
– В заваленных мамонтах обычно много мяса! – Он аж облизнулся от предвкушения. – Поделишься?
– В этом мамонте больше дерьма, чем мяса. Все! До связи!
***
Экстази действительно постарался и прислал информацию о внутренних перевозках КУБа к концу дня. Чем изрядно удивил, ведь обычно даже под угрозой тяжких физических расправ он обещанное выполнял с задержками. Видимо, натерпелся немало и хотел как можно скорее избавиться от гнета ребят, сломавших ему ребра.
– Что это? – с деятельным интересом спросила Алена, заглядывая мне через плечо и пытаясь понять смысл столбиков текста на экране ноутбука. А затем и вовсе уселась мне на колени, обняв за шею, и загородила половину дисплея.
– Выгруженный отчет одной бухгалтерской программы, – с легким недовольством ответил я. За время моего отсутствия она действительно все обдумала и снова сама себя назначила моей помощницей. – КУБ. Это их месячная логистика. Накладные на груз, время отправки и прибытия груза, тип транспорта.
Я прокручивал колесиком мыши бесконечную простыню канцелярского текста, выискивая в нем заветные буквы и цифры ГУ-27.
– И что мы ищем?
Меня немного резануло это «мы», но я все же ответил:
– Мы ищем железнодорожные накладные.
– И мы их уже нашли?
– Большой воз и маленькую тележку! – я согнал Алю с коленей. – Когда ты мне рассказала ту историю про вашего странного найденыша на железной дороге в Брюховецкой, я призадумался. КУБ перевозит саркофаги на каретах «скорой помощи», вертолетами и наверняка обычными фургонами, но ведь это штучно и рискованно.
– Почему рискованно?
– Банальная авария может поставить крест на ценном грузе, – я развел руками. – Другое дело, если возить железной дорогой. Объемы, скорость, безопасность – одни плюсы! Так почему бы не предположить, что доставка автомобилем или вертолетом носит разовый, так сказать экстренный характер? Машиной выгодно перевозить набольшие объемы на небольшие расстояния.
– И?
– Я предположил и оказался прав! Железной дорогой они перевозят в сорок раз больше, чем остальным транспортом.
– И?! – чуть более нетерпеливо повторила Алена.
– И мы завтра едем смотреть на поезда. Хочу увидеть своими глазами вагоны, в которых КУБ перевозит свой черный груз.
– Что-то мне не верится, что они целыми составами перевозят.
– Нет, конечно. Пока объемы, слава богу, не те. Скорее всего они просто цепляют свой вагон к сборному грузовому составу.
– И как ты его узнаешь?
– Узнаю! Еще как узнаю! Поможет их же накладная. Глянь на время и даты, – я повернул к ней экран ноутбука. – Это всегда вторник и четверг первая половина дня. Нужно всего лишь найти кого-нибудь с сортировочной горки и договориться.
– Откуда?
– Это такое место на сортировочной станции, где формируются железнодорожные составы. Найдем человека, который за небольшое вознаграждение ткнет пальцем в вагон, который регулярно прицепляют здесь и отцепляют в твоей Брюховецкой.
– И у тебя есть такой человек на сортировочной станции?
– Конечно!
– А потом?
– Суп с котом, – отшутился я. – Видно будет.
