– Все в порядке, – главный охранник убрал руку с кобуры. – Из центрального офиса сообщили, что за спецгрузом прибудет курьер с наивысшим уровнем доступа. Нам это показалось подозрительным. Решили проверить.
– Бывает, – пожала плечами Аля, возвращаясь в «скорую».
– Да заодно хотелось посмотреть на большую шишку! – неуклюже пошутил охранник. – Птицы высокого полета нечасто залетают к нам! Мы даже подумали, что это проверка какая-то!
– Нет, – сказала Алена, пристегиваясь. – Это нововведение такое. Полевая практика, так сказать. Чтобы в офисах народ не засиживался.
– А вот это правильно, – подала голос Ирина. – Надо знать свои корни.
Гольф-кар освободил выезд и мы под махание ручек въехали в туннель.
Я сосредоточенно вел машину, Аля смотрела в окно, отвернувшись. Так мы и ехали километров тридцать. Когда я уже кожей начал ощущать колючие искорки незримой грозовой тучи, повисшей между нами, Алена наконец прервала молчание, но при этом продолжала смотреть в окно:
– Я давно хотела тебе сказать. Искала повод.
– Вот он сам и нашелся.
– Я просто…
– Не нужно, – прервал я ее и Аля резко повернулась ко мне, что-то почувствовав в моем голосе. Я на самом деле не осуждал ее и даже зла не держал. – Я давно знаю.
– Давно?!
На ее ресницах висели крупные капли слез. Может быть я заблуждался и просто хотел верить в это, но мне казалось, что и слезы, и ее отчаяние были искренними. Ей было тяжело признаваться в предательстве, она не находила слов и боялась уткнуться в глухую стену непонимания.
– Помнишь, ты сказала, что изучила меня и видишь насквозь, потому что полюбила. Вот и я тебя тоже.
– Полюбил?
– Вижу насквозь.
Я свернул на обочину, включил «аварийку» и вышел из машины, жестом предлагая последовать своему примеру.
– И когда ты мне хотела сказать?
– Честно, не знаю! – Она обхватила себя руками, будто ей было холодно. – Ждала удобного случая.
– Ты его дождалась. За нами сейчас следят?
– Нет, насколько я знаю. В машине следящих устройств нет, по крайней мере я не ставила.
– Ты всю инфу по моему делу сливала?
– Инфу? – Аля искренне сморщила хорошенькое личико в гримасе непонимания.
– Да, информацию.
– Нет, – она даже облегченно улыбнулась. – Это было не нужно.
– Как это? – агрессивно спросил я, готовый чуть ли не накинуться на нее. Алена почувствовала это и отступила.
– Это никому не нужно. Твое расследование не интересно.
– То есть? Меня не хотят остановить?
– Да нет же! – воскликнула Аля и всплеснула руками, недоумевая и поражаясь моей наивности. – Ты, твое расследование, вся эта наша беготня били всего лишь декорациями в спектакле.
– Спектакле?
– Насколько я знаю, а знаю я не очень много, сценарий принадлежит твоей бывшей жене…
– Стоп! Давай с самого начала, – велел я. – С твоего выхода на сцену.
Аля тяжело вздохнула, глядя мне в глаза. Ночь уже практически сменила сумерки и было трудно различать нюансы, но мне в ее взгляде виделась вина.
– Я не редактор газеты, – чуть ли не вымученно произнесла она дрожащим голосом. – Я пиар-менеджер компании, работаю в пресс-службе питерского филиала. Вернее, работала. Короче, пару месяцев назад меня вдруг вызывают к шефу и ставят перед фактом, что система из тысяч сотрудниц выбрала меня для особой командировки в Краснодарский край. Обещали повышение по службе и огромную премию, но при отказе мне гарантировали увольнение с плохой рекомендацией. Естественно, я согласилась, не раздумывая. К тому же мне казалось, что Краснодарский край – это сплошные курорты и бесконечное лето, а мне предлагали оплачиваемый компанией шикарный отпуск. Он так и начинался, меня посадили в бизнес-джет, на нем прилетела в Краснодар, а уже оттуда отвезли в Брюховецкую. Это меня немного расстроило…
– Почему именно тебя?
Аля пожала плечами.
– Скорее всего работали кадровики компании. У них уже давно все отлажено и компьютер выбирает кандидата по заданным параметрам. Перечислили все, что тебе нравится в женщинах, машине оставалось только отсеять претенденток. В итоге выбрали меня. И не зря, судя по результату.
Аля чуть улыбнулась.
– Что было в Брюховецкой?
– Времени было мало, мне толком даже отдохнуть не дали. Сразу же начали готовить к встрече с тобой. Единственной моей задачей было встретиться с тобой, разговорить и завербовать.
– Я накануне звонил в редакцию газеты и разговаривал с редактором. Это была уже ты?
– Нет, конечно. После твоего звонка и завертелось все. Система опознала твой голос, подключилась к разговору и через секунду сотрудник КУБа уже слушал тебя. В Брюховецкой все телефоны прослушиваются, все сети под контролем.
– Что стало с настоящим редактором?
– Не знаю. – Она опустила глаза, явно догадываясь об участи той несчастной женщины. – Судя по намекам и обрывкам информации уже можно было догадаться, что меня впутывают во что-то мерзкое. А потом я встретила тебя и…
– И влюбилась? – насмешливо спросил я.
