– Я понимаю, Эльда. Но я уверена, что тебе понравится, – неожиданно ласково сказала Шани. – К тому же мы сможем узнать кое-что важное. А сейчас мне нужно идти. Если хочешь, я провожу тебя к родителям. Им нельзя выходить, но думаю, что тебя к ним пустят.
Эльда немного поразмыслила. Другого случая попрощаться с родителями может не представиться. Если им разрешат уйти в Чароводье парламентёрами, то им будет не до дочери-получары. Наверное, Шани права, и нужно повидаться с ними сейчас.
Мама с папой сидели и вполголоса о чём-то разговаривали, когда Эльда несмело вошла к ним. Охранник не стал возражать, легко впустил её внутрь.
– Дочка, наконец-то! – Родители вскочили ей навстречу. – Ну, как ты себя чувствуешь?
– Хорошо, – соврала Эльда, очутившись в объятиях мамы. Волимир обрадовался ей, это было видно. Теперь она не могла его чувствовать, но толковать танец искр научилась хорошо. Сердце сжалось, и девочка отвела глаза, чтобы не смотреть на него.
Папа тоже обнял её, усадил на кровать.
– Как хорошо, что ты пришла. Нам нужно поговорить с тобой. Ты же слышала, что мы с мамой собираемся в Камнесад, чтобы представлять интересы Объединённого ордена.
– Да. Слышала.
– Мы пока не можем взять вас с Шани с собой. Тогда нас просто отсюда не выпустят.
– Они вам не доверяют.
– Не все, но большинство не доверяет, да, – кивнул отец. – Тем более что теперь в руках у твоей матери Волимир. А это сила, с которой приходится считаться. И ценность, которая значит очень много для всех чаров. И для Камнесада, и для изганов. Для всех.
– Да.
– Поэтому мы уходим и оставляем вас. Но мы вернёмся. Ты должна это знать. Мы вернёмся, чем бы ни закончились переговоры с Советом Семи. В любом случае вернёмся.
– Мы тебя никогда не бросим, – сказала мама, беря её за руку. – Мы тебя очень любим.
– И я вас люблю, – с трудом выдавила из себя Эльда. Ей почему-то казалось, что теперь она лишилась права кого-то любить. Она не могла объяснить это чувство, но именно оно грызло её изнутри. Как будто она не достойна любви. Но не могла же она сказать об этом родителям.
– Я вижу, что ты не хочешь говорить о том, что тебя беспокоит, – сказала мама, сев рядом. – Но это важно – говорить о своих переживаниях. Может быть, мы сможем помочь.
– Мама права, – поддержал Грегор. – Скажи нам, о чём ты думаешь?
Эльда тихо произнесла:
– Я думаю о том, что… я теперь получара. И вы не будете любить меня, как раньше.
Родители переглянулись. Грегор улыбнулся ободряюще:
– Я тоже получар, но разве ты любишь меня меньше, чем могла бы?
– ТЫ?!
– Конечно. У меня нет браслета драгонщика, я ношу такой же камень, как у тебя. Я даже не знаю, жива ли ещё моя Грифа.
– Драгончая?
– Да. Я получар уже больше десяти лет. С этим можно жить, поверь мне, Эльда. Это не самое страшное.
– И я не стала любить его меньше, – улыбнулась Лиэни, глядя на мужа. – Со временем мы оба поняли, что чарониты – это только часть нашей жизни. Не главное.
– А что тогда главное?
Эльда с любопытством смотрела на родителей.
– Главное – то, что внутри тебя, – улыбнулся Грегор. – У тебя есть собственная сила, которая не зависит от чаронита.
– Не слушай никого, доченька, – подхватила мама. – Для нас ты самая лучшая, самая талантливая и любимая из всех. И мы… хотим поздравить тебя с днём рождения, Эльда. И у нас есть для тебя небольшой подарок.
Грегор достал из кармана на груди маленький свёрток.
– Извини, для упаковки нашёлся только обычный платок. Мы с мамой спешили.
Эльда взяла свёрток.
– Развернуть?
– Ну конечно!
Она вдруг заволновалась. Подарок от родителей, первый в её жизни. Других она не помнила, даже если они и были.
Эльда развернула ткань, что-то сверкнуло. Украшение? Не к месту вспомнилось, как Шани говорила ей, что всякие побрякушки носят только получары, истинным чарам не нужны другие украшения, кроме чаронита.
Внутри оказалось кольцо. Большое, тяжёлое, немного вычурное. Выпуклая серединка, изогнутые лепестки, тоже объёмные, – цветок, напоминающий лилию. Два лепестка серебристого металла, два – золотого, три – красного, серединка покрыта тонким сетчатым плетением. Грубоватая работа по сравнению с тем, какие изящные обручи и медальоны носили в Камнесаде.
– Ух ты!
– Оно очень древнее, Эльда. Видишь, семь лепестков – это символ семи орденов.
– Как на Короне Семи Сил, – сказала девочка.
– Именно. Говорят, когда-то его носила сама чароведа, но так как это не корона, которая передаётся только от чароведы к чароведе, то кольцо передавалось внутри рода, – объяснила мама.
– А у вас оно откуда?
– Можно сказать, что это наша фамильная ценность. Его носила моя бабушка, а потом вручила мне, чтобы я отдал его самой прекрасной девушке в Чароводье, – сказал папа. – Вот я и подарил его твоей матери, а теперь мы решили, что кольцо должно перейти к тебе.
– Это вовсе не обязательно, – попыталась возразить Эльда.
– Но я хочу, чтобы оно было у тебя, дочка, – прервала её Лиэни. – Если в Чароводье будет война… а она весьма вероятна, то… просто мне бы хотелось, чтобы это кольцо было у тебя. Прими его.
