Носатый уже восседал в горделивой позе возле Момо, который, заметив неладное, сразу начал раскланиваться и извиняться перед собеседниками. Ледяным взором он окинул таверну и вскоре узрел Лили, которая добродушно помахала пареньку в знак приветствия. Однако по суровому лицу Аллаи-Момо было не сказать, что тот рад видеть незваную гостью.
Когда нарушительницу Лили оставили в покое, она взялась беззаботно изучать обстановку в «Золотом самородке» — самой знаменитой, дорогой и шикарной таверне в той части омута, которая граничила с благоустроенными кварталами Исар-Динн. Здесь стелился приятный и пьянящий запах благовоний, всюду висели полупрозрачные фиолетовые или тёмно-розовые занавески, а окна, напротив, заслоняли плотные бархатные шторы. На столиках едва различимо поблёскивала металлическая посуда, а в углах цвели пышные, ухоженные растения в горшках, и всё вокруг создавало располагающую атмосферу, наводящую на особенный лад.
Пока Момо прощался с людьми за столиком, к раскрывшей рот Лили ловко подступил пузатый бугай — явно чей-то охранник, тоже охочий до развлечений.
— Нана, ты свободна? — прошептал он Лили, склонившись так низко, что его губы почти задевали верхний край уха девушки.
По спине травницы пробежались мурашки.
— Пойдём прогуляемся до конюшен? Серебряник даю.
— Что…
— Ну же, не упрямься.
Из-за наглой выходки незнакомца привычная дерзость Лили внезапно улетучилась, и она словно потеряла дар речи. Однако стоило только мужчине дотронуться согнутым пальцем до шеи девчушки, как её кровь тут же вскипела от ярости.
Лили посмотрела на нежеланного ухажёра с нескрываемым призрением, после чего приготовилась пуститься во все тяжкие в области оскорблений, но тут раздался знакомый голос:
— Вот ты где, сестрица. Тебя всё ещё допекает кожный зуд? Заза передала тебе мазь от нарывов и гнойников…
Рядом стоял Момо, и выглядел он совершенно равнодушно и холоднокровно. У Лили щёки вспыхнули, однако ложь сработала: бугай-охранник искривил брови в отвращении и безмолвно удалился.
— Ты зачем сюда притащилась? Репутацию мне портить? — злобно прошипел Момо, склоняясь ближе к посетительнице.
Он ухватился за запястье Лили и увлёк её в первый попавшийся коридор.
— Скандал задумала устроить? Не знаешь, когда надо держать рот на замке…
— Нам срочно нужно домой, там беда! — Лили не вняла наставлениям парнишки.
Она вцепилась в плечи Момо и принялась слегка трясти свою незадачливую жертву.
— Там беда! Бочонок взорвался… и… весь дом в какой-то жиже… и мы… мы не можем ослабить напряжение в другом бочонке… надо срочно домой.
Таолили взмахивала руками в такт сумбурным речам, пока Момо поправлял роскошные одеяния, потревоженные негодницей. Сегодня его тело прикрывал превосходный балахон с широким воротом, выполненный из искусной тёмно-индиговой ткани и расшитый серебряными цветами. Сужающийся на талии за счёт шнуровки, он прекрасно облегал фигуру и подчёркивал изгибы. Правда, стоило Момо услышать «бочонок взорвался», как на невозмутимом лице парнишки нарисовалась нервная гримаса, и он начал поспешно распоясываться.
— Какой именно бочонок взорвался? Красный бочонок А или красный бочонок Б? Или… зелёный бочонок? — последнее предположение повергло Лана в настоящий шок, и актёр побледнел от ужаса.
— Красный бочонок Б, — выпалила Лили.
— Ну, это не такая большая беда… Нужно закопать зелёный бочонок в землю…
— Мы уже закопали, но Гвальда нет, а Алхимик потерял сознание, и мы не знаем, как открыть замок, чтобы выпустить лишние газы…
— Ну, а что ты раньше-то молчала? — вскипел Момо, взмахнув рукой.
— Аллая… всё в порядке? Тебя спрашивают гости, — к двоим переговаривающимся подошла темноволосая особа в соблазнительном облачении.
— Нет, всё омерзительно, — Лан раздражённо зашипел на сотрудницу дома увеселений, уже не стараясь играть голосом и не притворяясь женщиной. — На сегодня я закончил, мне нужно бежать. На, спрячь это, — он всучил приятельнице свою драгоценную накидку, из которой только что выпутался, и потащил Лили к дверям.
Сейчас на Момо красовался весьма странный и откровенный наряд из бордовой, полупрозрачной материи, подхваченный чёрным поясом. Нижнее одеяние оставляло довольно мало пространства для воображения, зато давало большую свободу глазам, оголяя и руки, и ключицы, и даже левую ногу благодаря глубокому разрезу с боку, и теперь каждому было очевидно, что перед ним возвышается мужчина. Лили наморщилась и накинула на плечи лицедея тот плащ, что принесла с собой.
— Там буря надвигается, прикройся.
Вдвоём, они выбежали на улицу, и уже снаружи к погорельцам присоединился Носатый. Только Момо собирался перевести Лили на противоположную сторону дороги, как заметил возле торгового дома одного типа со свитой, с которым сейчас никак не желал встречаться.
— Проклятье, что старику не сидится на месте?! Пойдём другим путём.
— Самым коротким! Ты очень нужен Главе! — взвыла Лили молящим тоном, но Момо всё равно решил изменить маршрут, уж больно он не хотел сталкиваться с главой братства Золотой Луны лицом к лицу.
