Баронесса отвела меня к столу, окружённому взволнованными людьми. Все они похватали оттуда листы бумаги и разложенные ручки. Но и на мою долю хватило письменных принадлежностей. Я сперва вывел на бумаге «Павел Громов», потом добавил «Доброслав Румянцев», а затем, подумав, написал «богиня смерти Марена».
Сложил листок вчетверо и буквально через пять минут положил его в один из ящичков, вынесенных прислугой. Насколько я понял, этот ритуал предвещал окончание бала. Времени с его начала прошло уже прилично. Часы на моей руке показывали, что скоро грянет полночь. Мою догадку подтвердила графиня Белова, подошедшая ко мне, когда я остался в одиночестве.
— Громов, бал вот-вот закончится, — проговорила она, хмуря светлые брови. — Парк Перуна находится чуть ли не на самой окраине города, так что нам придётся туда ехать сразу после бала. Мы даже в гостиницу не успеем заехать, чтобы переодеться.
— Так даже лучше. Рыльский будет лежать в гробу в красивом костюме. Хотя, может, даже не придётся тратиться на гроб, если твой жених порвёт его на тысячу клочков. Он как вообще, силён в магическом плане? Мне хотелось бы увидеть конкурентную дуэль.
— Увидишь, — мрачно выдала девушка. — Они примерно равны по магическим силам, но Рыльский более искусен как маг. Он всё-таки столько лет тренируется. Почти наверняка он победит моего бывшего жениха.
— Печальная новость, — вздохнул я и заметил высокого статного мужчину в мундире с золотыми эполетами.
Он чуть ли не строевым шагом шёл через расступающихся перед ним людей. Румянцева рядом не было, чтобы сказать кто это, а Белова оставила меня одного. Поэтому я так и не узнал, кто этот смертный, произнёсший напутственную речь, закрывшую бал. После неё народ потянулся к выходу. И я одним из первых покинул здание дворца, но Белову с Рыльским мне опередить не удалось.
— Громов! — помахала рукой графиня, восседая на заднем сиденье роскошной машины с гербами рода Беловых.
Мрачный Рыльский сидел подле неё, так что я уселся на переднее пассажирское сиденье и приветливо кивнул усатому шоферу.
— Поехали! — приказала ему Белова.
— Слушаюсь, — выдал тот и погнал авто по ночным улицам города.
Постепенно старинные особняки центра города сменялись серыми девятиэтажками и асфальтированными дорогами с выбоинами. Возле тротуаров во множестве стояли машины, оставленные на ночь. А уличные фонари горели через один.
— Невесёлое местечко, — пробормотал я, глянув на Рыльского, чья рожа отражалась в зеркале заднего вида. — Надеюсь, хоть парк Перуна — красивый уголок Петрограда?
— Не знаю, я там не бывал, — буркнул парень, взъерошив потные после бала волосы.
— Парк довольно красивый, — подала голос блондинка и строго посмотрела на графа. — Раз уж ты влез в это дело, то не имеешь права проиграть.
— Я не проиграю, — вскинул тот голову, оскорблённо посмотрев на графиню.
Кажется, его задели за живое её слова.
— Странная какая-то дуэль. Я даже своего коллегу-секунданта не видел, — проговорил я, бросив взгляд на светофор, моргающий жёлтым светом.
Шофер начал притормаживать, чтобы без происшествий миновать перекрёсток, хотя там и не было машин.
— Всё произошло очень быстро, — сказала девушка. — Даже правила дуэли не успели обсудить. До первой крови она будет идти или до первой серьёзной травмы? Да и магов-лекарей, кажется, никто не позвал.
— Отлично, — оживился я. — Значит, есть шанс, что кто-то погибнет. Рыльский, ты не хочешь помереть? Я бы на твои похороны тортик заказал.
Тот скрипнул зубами и хотел что-то сказать. Но в этот миг раздался рёв мотора и визг тормозов. Нашу машину на полном ходу протаранил вылетевший сбоку потрёпанный жизнью тяжёлый внедорожник. Его мощный бампер ударил в правое крыло нашего авто, из-за чего «морда» машины рода Беловых против воли свернула влево, врезавшись в угол здания.
Во все стороны брызнула кирпичная крошка, а нас четверых разбросало по салону. Точнее, троих. Шофер-то был пристёгнут. А вот я пренебрёг правилами безопасности, посему меня как пушинку снесло с места и впечатало в торец соседнего сиденья. Удар пришёлся в спину, вызвав боль в рёбрах. Аж перед глазами всё на миг поплыло, а звуки жалобно хрустнувшего стекла стали какими-то отдалёнными.
Но уже через миг я пришёл в себя и увидел «зад» удирающего внедорожника. Шофер с кровью на виске ошалелыми глазами смотрел ему вслед, а на заднем сиденье матерились и охали Белова с Рыльским.
— Какого хера⁈ — в бешенстве выдохнул я, сжав кулаки.
Ответом мне стал треск автоматных очередей, раздавшихся с третьего этажа соседнего здания. Вспышки выстрелов разрывали ночную тьму, освещая фигуры двух нападавших, засевших на расположенных рядом балконах.
