— Но, может, вы там замолвите словечко за академию? Сами же видите, во что её превратили хаоситы, — умоляюще проговорил граф Багряный.
— Замолвлю, обязательно замолвлю, — покивал Аркадий Иванович и заметил меня, выглядывающего из комнаты. — Кадет Громов? Вы-то мне и нужны.
— Зачем? — вскинул я бровь.
— Александр, герой ты мой! — застрекотал ректор, одарив меня доброй улыбкой. — Аркадий Иванович прибыл, дабы уточнить некоторые детали твоей битвы со жрецами и предателем капитаном Морозовым. Эх, как же я не рассмотрел в нём двуличную хаоситскую жабу? Моя вина, признаю. Но с другой стороны, все мы не рассмотрели в нём предателя.
— Верно, — поддакнул я, глядя на Багряного, далеко опередившего седовласого, оставшегося за его спиной.
— Александр, Саша, — настойчиво прошептал граф, чтобы не услышал другой смертный, — настоятельно тебя прошу побольше упоминай, что именно учёба в академии позволила тебе спасти город. А ещё упоминай, что твоё любимое учебное заведение теперь разрушено чуть ли не до основания. Мол, если его не восстановить, то случится катастрофа имперского масштаба.
— Понял, — улыбнулся я краем рта.
— Я на тебя надеюсь.
— Ваше сиятельство, вы бы не могли нас оставить наедине? — попросил графа Аркадий Иванович.
— Конечно, конечно, уже ухожу, — выставил ладони Багряный и пошёл прочь, осматривая разгромленный коридор и громко вздыхая.
— Итак, кадет Громов, постарайтесь рассказать мне всё, что случилось с вами, начиная с самого начала атаки Хаоса.
Я почесал висок и поведал внимательно слушающему меня мужчине о своих приключениях, убрав скользкие моменты, чтоб не выдать того, что внутри Громова сидит далеко не простой смертный.
Всё же Аркадий Иванович испытывающе посмотрел на меня и проговорил как следователь на допросе:
— Кажется, вы во всех своих боях потратили очень много маны. Откуда у вас такой запас магической энергии?
— Её у меня столько же, сколько у других магов-гениев. Просто я трачу её разумно. К примеру, где-то в целях экономии маны я использовал подручные средства, как в битве с оборотнем и вампиром, а где-то избегал прямых боестолкновений.
— А чем вы объясните то, что именно вы стали автором множества догадок, которые потом оказались чистейшей правдой? — подозрительно сощурил глаза седовласый.
— Мой дед долгие годы был охотником на монстров. Он прекрасно знает Пустошь и повадки Хаоса. Вот он меня кое-чему и обучил. А ещё я неплохо узнал Хаос по лекциям в академии. Да и не чурался книг, посвящённых богам Хаоса. Мне же надо знать с кем я сражаюсь.
Смертный пожевал бесцветные губы и задал следующий вопрос:
— Мои коллеги уже осмотрели храм Перуна и выяснили, что капитан Морозов был убит с помощью яда, а вы не владеете подобным атрибутом. Кто убил капитана?
— Какой-то хаосит. Вот он как раз владел ядом магического происхождения. И он так жаждал угостить им меня, что попался на мой простенький трюк. Я встал между капитаном и этим ядовитым хаоситом. Вот он и швырнул в меня свою магию, а я просто телепортировался в сторону, подставив под удар Морозова, — подробно поведал я легенду, согласованную с баронессой Огневой. Она и другим кадетам рассказала её.
— Хм, — хмыкнул Аркадий Иванович. — Вы хотели просто-напросто убить капитана? Вам не пришло в голову взять его живьём? Он же был сосредоточением важной информации, которая могла помочь нам вычислить других агентов Хаоса.
— Признаться, я не думал, что яд убьёт его, — покривил я душой, лишь бы избавиться от назойливого смертного.
— Не думали, что яд убьёт его? — удивился мужчина, вскинув к волосам седые брови. — Мне сообщили, что яд был очень агрессивным. И хаосит кидал его в довольно больших количествах. Яд буквально растворил череп капитана. И вы не думали, что он убьёт его⁈
— Ну что сказать, век живи, век учись, — философски произнес я, позволив себе ироничную улыбку.
— Громов! — громыхнул Аркадий Иванович, строго посмотрев на меня. — Я с вами тут не в бирюльки играю! Извольте быть серьёзным!
— А вы извольте задавать адекватные вопросы! — не остался я в долгу, заиграв желваками. — Вы представляете, какая там битва была в храме, а⁈ Да я там крутился как белка в горящем колесе! Когда мне было думать о том, что, видите ли, капитана Морозова, пожри черви его душу, надо взять живьём, чтобы потом господа в красивых костюмах узнали у него о других хаоситах⁈ А⁈ Что вы молчите⁈ Я там дрался не только за себя, но и за тысячи других жизней. А где, кстати, были вы?
— Под купол нельзя было попасть. Он никого не пропускал, — холодно ответил мужчина, недовольно поглядывая на меня.
— А если бы сквозь купол можно было пройти, то вы бы первым пошли рубить зверей, не так ли? — желчно выдал я.
— Моя профессия предусматривает иные действия. Для рубки зверей есть другие люди.
— Какие действия? Из честного человека, почти героя, лепить ещё более глубоко законспирированного хаоситского агента, чем даже капитан Морозов?
— Я везде, всюду и в каждом человеке должен подозревать пособника Хаоса. Такая уж у меня работа, — произнёс мужчина и развернулся. — Всего хорошего, кадет Громов.
— И вам не хворать.
