Аркадий Иванович ушёл, а осадочек остался, хотя я вроде бы вёл себя как вполне адекватный человек. Любой бы на моём месте оскорбился из-за того, что его подозревают в работе на Хаос, когда он только что не позволил Хаосу захватить город. Тут каждый немножко взбесится.
Понять бы ещё, что теперь будет делать седовласый. Не прикрепил ли он ко мне какое-нибудь наружное наблюдение? Не хотелось бы, чтобы за мной кто-то следил. А то они такое увидят…
Надо бы с Семарглом поговорить, чтобы он через свои божественные каналы и жрецов как-то повлиял на людей из соответствующих органов. А то ведь вмешательство смертных может разрушить все наши планы.
Придя к этой мысли, я начал собирать уцелевшие вещи, попутно выкидывая из разбитого окна фрагменты раскуроченной мебели. Они с грохотом падали на вытоптанную клумбу, посему я не сразу услышал очередные шаги, раздавшиеся в коридоре. На сей раз по коридору шло несколько человек.
Я опять выглянул из комнаты и увидел… Огневу с Беловой.
— Вы чего? Заблудились? — спросил я, выйдя в коридор.
— Нет, мы просто хотели с тобой поговорить насчёт отвратительного приказа некоего Аркадия Ивановича, — сказала баронесса, поправив отмытые чёрные волосы.
— Какого приказа? — произнёс я, смахнул с подоконника осколки и уселся на него.
— Он приказал всем кадетам не болтать о том, что произошло, — возмущённо выдала блондинка, уже успевшая надеть сарафан с соблазнительным декольте.
Грудь в нём смотрелась превосходно, даже несмотря на то, что в здании царил сумрак. Электричества не было, поскольку звери оборвали провода.
— Ага, — кивнула Огнева, недовольно хмуря лоб. — Тебе он разве ничего такого не говорил?
— Ну, может, и хотел, но мы с ним поцапались. На редкость дотошный тип. Такой любую победу превратит в поражение. Всю мою чёрную душу перевернул.
— Тогда слушай. Он сказал, что в интересах империи не стоит рассказывать людям правду, а лучше отмалчиваться. Или вовсе поддерживать официальную версию, а она такова, что в Стражград просто пробрался отряд хаоситов-диверсантов со своими зверушками, а наши доблестные стражи совместно с кадетами расколошматили их. Причём стражи вовремя среагировали на появление диверсантов, существенно сократив возможные жертвы среди горожан! — на одном дыхании отбарабанила графиня, возмущённо поправив чёлку.
— Несправедливо, конечно, но логика в этом есть, — потёр я небритый подбородок двумя пальцами. — Граждане империи будут спать спокойнее, зная, что стражи всегда начеку и готовы отразить нападение диверсантов. А представляешь, что было бы, если б по телевизору показали правду? Это же какой прокол властей империи! Но думаю, головы и так полетят. Местные начальники легко отделаются, если их просто снимут с должностей. По мне так многих надо отправить в тюрьму.
— Всё равно обидно, — процедила Белова.
— Ерунда, — отмахнулся я и криво улыбнулся. — Жалеешь, что нам не дадут по медальке и не покажут по телевизору? Да и хрен с ними. Вы-то знаете, что приложили руку к спасению множества людей. Если на этом всё, то я пошёл убираться в своём логове.
— А ты разве не уезжаешь? Ректор же минут пятнадцать назад объявил, что все кадеты могут покинуть академию, если им есть куда идти. Дескать, общежития разгромлены, так что в них особо-то и не поживёшь. Да и занятий пока не будет. Граф сказал, что через пару дней объявит кадетам дальнейшие инструкции, — подала голос баронесса Огнева.
— Вот оно что, — протянул я и услышал за окном бас Румянцева. Он вместе со своей девушкой шёл по дорожке, огибающей общагу «элиты». — Доброслав! Не хочешь пожить в моём доме⁈ Невесту свою тоже бери. У меня просторный дом! И он не пострадал, поскольку купол до него не добрался!
Парень услышал мой крик и поднял голову.
— А почему бы и не пожить? — сразу же решил он.
— Тогда идите собирайте вещи и ступайте к проходной. Я скоро подойду!
Здоровяк кивнул и удалился вместе со своей дамой сердца.
«А ты умеешь делать добрые дела», — вдруг сказал Громов.
«А то», — также мысленно ответил я, подумав, что Румянцев — отличный парень, и его надо держать поближе.
— Может, в твоём доме найдётся место и для меня? — с улыбкой спросила графиня Белова. — А то мне не хочется снимать номер в отеле. Не люблю отели. В них нет уюта.
— Найдётся, — проронил я, решив, что раз уж сгорел сарай, то гори и хата. Засосала меня пучина добродетели.
Правда, Огнева бросила весьма ревнивый взгляд на обрадовавшуюся графиню.
А вот Громов дико запищал от радости, поняв, что будет жить под одной крышей с красоткой Беловой, запавшей в его душу.
— Громов, ну раз уж ты по какой-то неведомой причине проявляешь такое благородство, то, возможно, и меня приютишь? — усмехнулась мулатка.
Александр чуть кони не двинул, осознав, что и вторая красотка вполне возможно будет жить с ним бок о бок. Он страстно начал умолять меня, чтобы я ответил баронессе согласием.
— Огнева, у тебя же есть своя квартира в городе, — напомнила ей графиня, чуть нахмурившись.
— Мы сегодня проходили мимо дома, в котором она находится. В здании не было электричества.
