— Вы о чём, Альфред Григорьевич? — насторожился я, чувствуя на себе десятки липких взглядов.
Однако я нисколько не стушевался, не горбился, а наоборот — стоял максимально расслабленно с высокомерной полуулыбкой на устах.
— О, не стесняйся, Громов, уже все знают, что ты поступил как настоящий аристократ, — произнёс ректор, не сумев сдержать язвительных ноток.
— Выпорол на конюшне простолюдина? Клянусь Живой, я не понимаю, о чём вы, граф Грейц.
— Как же? — изумлённо округлил он поросячьи глазки, причём, кажется, вполне искренне. — Тогда я тебе объясню. Я с большой радостью услышал, что ты проявил тактичность и принёс извинения графу Жарову.
— Чего⁈ — ахнул я, едва не уронив челюсть на пол. — Кто вам такое сказал⁈
— Кто мне это сказал — не имеет значения. Но по моей академии ходит именно такой слух, — ответил тот, нахмурив брови.
Ах вот почему все так на меня пялятся! Думают, что я прогнулся! Мол, Громов корчил из себя крутого аристо, а как запахло жареным, так сразу завилял хвостом и извинился перед Жаровым.
У меня от злости аж пар из ушей повалил. А Громов-младший затрепыхался от гнева.
— Я никому не приносил извинения. Этот слух — полная чушь и вздор, — отчётливо проговорил я, внешне сохраняя полное спокойствие.
Окружающие нас с ректором кадеты активно зашептались, пытаясь понять, вру я или нет? Кто-то из них наверняка считал, что, может, Громов тишком-то извинился перед Жаровым, а как это выплыло наружу, так сразу пошёл на попятную, чтобы не испортить свою репутацию.
— Мой тебе совет, Громов, — прошептал граф Альфред Григорьевич, подавшись ко мне, — не опровергай этот слух. Так будет лучше, а то…
Он многозначительно недоговорил и с угрозой посмотрел на меня, а затем похлопал по моему плечу и пошёл прочь, хотя скорее покатился, учитывая его шарообразную фигуру.
Вот же сука! Надо будет потом разобраться с ним. А сейчас нужно что-то делать с этим грёбаным слухом. Кто его пустил? Граф Жаров? Допускаю такой вариант. Но эту пакость мог совершить и тот, кто хочет стравить меня с ним.
Необходимо побыстрее поговорить с Жаровым. И я сразу пойму — врёт он или нет. А там уже, ежели чего, заставлю его прилюдно признать своё враньё.
Если честно, совсем не хочется, чтобы на моей репутации чернело такое пятно, даже с учётом того, что мне по большей части плевать на смертных. Но тут важен сам факт того, что какое-то чмо играет со мной! Мной, потомком Локи! Да за такой грех четвертовать мало!
Я еле слышно скрипнул зубами и с беззаботным видом не спеша отправился на лекцию, не обращая внимания на взгляды кадетов.
И ведь как быстро распространился слух, чуть ли не со скоростью света! Сразу ясно, что ему помогли так быстро разойтись среди учащихся. Он даже уже дошёл до Беловой с Огневой. Я это понял по их встревоженным лицам, когда они быстро подошли ко мне в быстро пустеющем коридоре, чуть ли не прижав к окну, по которому стучали капли дождя.
— Ты слышал? — выдохнула баронесса, уже забыв, что она вчера вместе с графиней обиделась на меня и даже пыталась залепить мне пощёчину.
— О чём? Император всё-таки признал меня своим сыном?
— Громов, перестань, — прошипела Белова, резким движением поправив белокурые волосы. — Этот ублюдок Жаров пустил слух, что ты перед ним извинился. А я точно знаю, что ты этого не делал. Ты вообще не признаёшь своих ошибок.
— Так потому что я их не совершаю, — улыбнулся я и тут же примирительно выставил руки, заметив, как в глазах красоток вспыхнул образ зеленоглазой прошмандовки, пьющей кофе вместе со мной. Они явно считали, что я допустил ошибку, встретившись с ней. — Успокойтесь, успокойтесь. Я никого не хотел обидеть. А если всё-таки обидел, то мне просто повезло.
— Громов, ты невозможен, — выдохнула мулатка, сокрушённо покачав головой.
— Что ты теперь будешь делать? — требовательно спросила блондинка, пропустив мимо ушей мою остроту.
— Попробую докопаться до первоисточника слухов, — серьёзно сказал я, решив больше не шутить. А то Огнева уже готовилась закипеть, как чайник.
— А чего тут копаться? Жаров это всё устроил, — прошипела графиня, мстительно сощурив голубые глаза, полыхающие на аристократическом личике, остающемся спокойным.
— Только ты сразу не убивай его, — проговорила Огнева, крутя металлическую пуговицу форменного кителя академии Стражграда. — После лекции лучше с ним поговори.
— Да, так будет правильно, — согласно кивнула Белова. — Ты покажешь аристократам, что умеешь держать себя в руках, а это отличительная черта подлинных дворян.
— Ну ещё и тупые так поступают, поскольку не понимают, что происходит, — иронично вставил я и почувствовал в кармане вибрацию сотового телефона.
Ангелина? Громов-старший? Нет, номер оказался мне незнаком. Я жестом показал девушками, чтобы они помолчали, а затем нажал зелёную кнопку и поднёс трубку к уху.
— Громов? — раздался будто бы запыхавшийся голос графа Жарова.
— А ты кого ожидал услышать? Перуна?
— Нет, просто думал, что мне могли дать не тот номер, — быстро протараторил он. — Слушай, этот слух — не моя работа, клянусь всеми богами.
— Ты где? Надо поговорить.
