Вынужденная отправить текстовое сообщение, прием голосом он не включил, Энга вложила в буквы целую бурю эмоций.
«Жду тебя послезавтра в Чаронде, как договорились. Рейс единственный, не ошибемся. У тебя все хорошо?»
«Хорошо! Только каждую секунду считаю».
«Тогда до встречи. Не могу долго».
Следующий коннект был тоже с молодой девушкой, не столь приятный, но необходимый.
«Руслана? Твое сиятельство по уши увязло в государственных делах или найдешь для меня минутку?»
«Занята выше ушей. Но все же собиралась навестить тебя в больнице».
«Но я — в ВЦ. Как бы из больницы достучался до тебя?»
«Да… Ты до сих пор без чипа. Решим в ближайшее время. Как смогу — прибегу. Макс! Ни во что не вмешивайся. Многое изменилось».
Еще бы. Маски сброшены, вместо них надеты новые. Надо узнать, какой размер и фасон маски приготовили для него.
Разумеется, до ее прихода Макс времени не терял. Арендовал э-кар на вечер 13.06, заказал гостиничный номер в Чаронде, места в ресторане. Какое-то ювелирное украшение типа кулона, потянувшее больше денег, чем остальные расходы по встрече. Кроме того, снял гостиницу и в самом Кречете. Хоть обещано нормальное жилье семейной или просто партнерской паре, нет гарантии, что оно появится мгновенно, а вести Энгу в казарму ой как не хотелось. На все про все ушла половина месячного жалования. Что касаемо премии за подвиги на Земле и в космосе… Нет, не слышали.
Ага… На КПП у границы района его не пропустят: действует княжеский запрет на выезд ломщика. Не проблема, несколько нехитрых манипуляций, и у охраны больше нет никаких сведений о запрете.
Далее Макс почитал мировые, рутенские и областные сводки новостей. В последних нашло отражение групповое убийство в Кречете, но сугубо мельком. Глоба, верный традиции не расстраивать граждан зря, предельно купировал неприятную информацию.
Макс поставил местному ИИ задачу покопаться в финансовых проводках накануне тех событий и без труда обнаружил транзакции, ведущие к исполнителям расстрела. Радмислав, наверно, перевернулся бы в гробу, узнав цифры. Если сумму общего гонорара разделить на 22 трупа, то каждый из них оценен меньше, чем шкура северного волка в Заполярье! Понятно, что местная полиция даже в страшном сне не возьмется копать столь глубоко, рискуя наткнуться на очень неприглядную истину.
Ему она не испортила аппетит, зверский после скудного внутривенного питания в больничном боксе. Макс решил перекусить на месте. Заказал бы двойную порцию, но сдержался. Руслана застала Макса за поеданием последних остатков — до крошки.
— Перекусил, прости, тебя не дождался. Какая у нас следующая афера?
Княжна, несмотря на разгар рабочего дня, вырядилась и выглядела супер-секси, максимально (в пределах приличий) оголив тело сверху и снизу, благо теплая погода позволяла ходить так, не замерзая. Перехватила взгляд парня, лизнувший ее бедра, открытые до середины и покрытые легким загаром. Присев, перекинула ногу на ногу.
— Если не будешь на меня похотливо таращиться, расскажу.
— Это нечестно! — Макс отставил тарелку. — Одеться в стиле «шух-шухни меня», ярко накрасится и запретить смотреть? Я, пожалуй, вообще отвернусь к терминалу… Черт! Его матрица тоже тебя отражает.
Княжна широко улыбнулась, обнажив ровные некрупные зубки между ярко блестящими губами.
— Потерпи. Через пару дней прилетит же твоя красотка?
Подтекст выпирал аршинными буквами: ну разве она сравнится со мной. Без вопросительного знака, безальтернативное утверждение. Проигнорировала запрет на выезд Макса.
— Да. Кстати, когда могу занять домик для пары?
— Есть пара подходящих. Остались после радмиславовских.
То есть одевай окровавленную и простреленную шинель с трупа врага. Оч-чень мило.
— Спасибо! — неискренне поблагодарил Макс. — Ты в полной мере была осведомлена о побоище заранее?
— Не вполне, но подозревала. Помогала организовать твой поединок. А что оставалось делать отцу? Радмислав бы напал снова. Мы только предупредили угрозу.
— Радмислав — да! Но полегло 22 человека. В том числе не состоящие с вами в родстве. Плюс погибшие при спуске шаттла. Выпололи всех под корень, внушая себе: все ради будущего блага человечества.
По картинно-безупречному лицу пробежала тень.
— Именно так. Думаешь, мне приятно? Я в ужасе — до дрожи. Лучше бы жили как прежде. Но они не оставили отцу выбора. А он — идейный. Страшно сказать, ради главной задачи пожертвовал бы и собой, и мной.
В одном сомнений нет: охваченной ужасом Руслана не выглядела нисколько. Максимум слегка озабоченной: на лбу пролегла тончайшая складка и тотчас разгладилась.
— А можно… обойтись без жертв? Хотя бы человеческих?
— Конечно! — она заговорщически наклонилась вперед. — Придется пойти на некоторые экстремальные шаги, но уверяю: новые смерти исключены.
— Теплее. И коль заговорила об этом со мной, мне уготовано определенное место в ваших планах.
— Да! Но они еще не сверстаны в достаточной степени, чтобы с тобой ими делиться. Тем более — накануне коротенького медового месяца.
— Я — в отпуске?
— Не на месяц, конечно. На неделю. Потом… поможешь в реализации одной очень щекотливой договоренности.
