Кусочки льда в бокале стукнулись друг о друга, словно игральные кости. Что ж, посмотрим, что нам выпадет.
Я одним глотком выпил скотч. Солоноватый вкус пятидесятиградусного островного виски с запахом йода и микстуры моментально оживил и охладил, как внезапно ударившая волна морского прибоя.
– Ураганный виски, – одобрительно крякнул я. – Молодцы шотландцы, что изобрели такой удивительный напиток. На любой случай. Надо будет как-нибудь посетить Шотландию.
– Мне тоже нравится Шотландия, но я бы предпочла жить на атлантическом побережье Франции, где-нибудь в Аквитании. Представляешь, небольшой городок, вилла на берегу океана. Тебе нравится Франция?
– Мы отдыхали там с женой, – сказал я и тут же поправился: – Бывшей женой.
Кэт снова погладила мою ладонь. От прикосновения ее нежных пальцев я окончательно растаял.
– Где же официант? Пойду закажу еще виски. Тебе повторить коктейль?
– Не стоит, я за рулем.
– Придется напиться одному. Завтра у меня выходной.
Я направился к барной стойке, где Джим нацеживал пиво в высокий бокал. Бархатистая пена незаметно вбирала в себя тонкую струйку.
– New chick? – Джим кивнул в сторону столика, где сидела Кэт. – Great cocktail. ‘Crushed ice’! [48]
– Yes, – ответил я и почему-то добавил: – Chelsea Girl. [49]
– Oh, I know. Mary Quant. Mini bikini [50] , – Джим хохотнул.
– Yes, Mary Quant, – несколько озадаченно подтвердил я, пораженный тем, что бармен знает модельера, придумавшего мини-юбку.
– My sister, – Джим показал пальцами, как шьют ниткой с иголкой. – Couturier [51] .
Я сказал, что понял его.
– Posh woman, Russian? [52] – спросил Джим.
– Тсс, – я приложил палец к губам и обернулся. Кэт разговаривала по телефону. Увидев мой взгляд, она сделала вопросительный жест, не нужна ли мне помощь. Я отрицательно покачал головой.
– Какой смешной бармен, круглый и с бородкой, – сказала Кэт, когда я вернулся за столик. – О чем вы беседовали?
– О виски, – соврал я, скрывая, что знаком с Джимом.
Официант подал ягненка «Элви Вэлли» – увесистую голень с буро-карамельной корочкой. С моей комплекцией такой порции хватило бы на завтрак, обед и ужин. Я предложил Кэт присоединиться, но она категорически отказалась, пояснив, что старается не ужинать после восьми вечера.
Пока я разделывался с ягненком, Кэт рассказывала о Лондоне. Я слушал рассеянно, иногда отвечая невпопад. Мысли крутились вокруг одного: останется Кэт на ночь или нет? Наконец с ягненком было покончено.
Я попросил счет, смешав английский и французский: «Зе билл, сильву пле», чем вызвал снисходительную улыбку официанта.
После ужина Кэт вызвалась подвезти меня, заявив, что давно мечтала посетить каморку папы Карло. Минут через пятнадцать «Тойота» остановилась напротив кирпичного забора. В окне на втором этаже, как обычно, мерцал телевизор. Около красных телефонных будок кучковалась группа подростков.
Мы вышли из машины. Кэт огляделась.
– Приличный район, недалеко от вокзала «Паддингтон». Здесь, наверное, очень мило летом.
– Главное, есть отдельный вход, – сказал я, открывая калитку.
В кармане зазвонил телефон. На экране светилось «Симона». Вот так сюрприз!
– Не ожидал? – спросила Симона после обмена приветствиями.
– Макс сказал, что ты не собираешься возвращаться в Лондон.
– Я и не собиралась, но у вас тут полно новостей. И для фильма надо кое-что доснять. Ты не занят? Может, посидим где-нибудь?
Я взглянул на Кэт. Она тактично отвернулась, делая вид, что разглядывает соседний дом.
– Сегодня не могу. Уже поздно, – громко проговорил я, решив, что глупо скрывать, что мне звонит Симона. Женщины каким-то непостижимым образом всегда чувствуют, с кем говорит мужчина.
– Я здесь неподалеку, могу подъехать. Тебе разве неинтересно, что получилось с нашим фильмом? – продолжала настаивать Симона.
– Конечно, интересно. Давай встретимся завтра, – предложил я.
Кэт повернулась ко мне, откинула волосы. Неоновый свет уличного фонаря превратил их в серебристый шелк.
– После обеда? – мой голос звучал жалобным блеяньем. Как все не вовремя…
Симона ответила не сразу.
– Извини, что побеспокоила. До завтра.
– Симона… – я хотел сказать что-то еще, но в трубке послышалось противное «пик-пик-пик».
– Это была сестра Макса. Помнишь, я тебе рассказывал про фильм, который она снимала. Я не ожидал ее приезда… – начал оправдываться я, понимая, что соврал и что Кэт это поняла.
Чертовы женщины!
– Мы так и будем стоять на улице или все-таки войдем? – спросила Кэтрин.
– Прости, – я толкнул калитку.
Мы прошли по дорожке к крыльцу. Кэтрин отметила, что я неплохо устроился, даже у них в Челси нет такого уютного садика. Отпирая дверь, я почувствовал, что возбуждение, охватившее меня в баре, отступило, но решил продолжать до конца. Уж если с кем и переспать, то с Кэт.
– Прошу в мой чуланчик, миледи. Раньше в этих помещениях хранили награбленное в Индии добро, а теперь здесь живут русские бизнесмены, – прокомментировал я.
– Знал бы ты, сколько приезжих мечтают заиметь такой чуланчик в Лондоне.
