С правой стороны храма находился пристрой со стеклянной дверью, в которую входили и выходили люди. Я с интересом заглянул внутрь. Там оказалось что-то вроде столовой. Около пластиковых столов суетились несколько женщин в платках. На меня никто не обращал внимания. На стене висела доска объявлений. Среди расписаний служб, призывов к благотворительности и рекламы я увидел половину тетрадного листа в клетку с текстом, написанным от руки: «Девушка из России ищет недорогую комнату или место в комнате в районах, прилегающих к Canary Wharf. Спокойная, не курю. 24 года».
Может, позвонить ей, угостить ужином. И что дальше? Жалость – не лучший способ помочь человеку. Каждый сам выбирает путь, и только от него зависит, где в старости пить кофе: в особняке в Челси или в квартирке в панельном доме. Это, конечно, так, но, с другой стороны, царь небесный мог бы иногда одаривать понемногу таких, как моя сестра или Анджи. Женщинам гораздо труднее жить в каменных джунглях больших городов.
В подавленном расположении духа я поспешил покинуть пристрой. На улице стемнело. Заблестели рекламы, зажглись фонари и замерцали фары авто. Огни словно разбудили меня: нечего грустить! Всех денег не заработаешь, всех женщин не осчастливишь. Жизнь – это игра со смертью. И ставка всегда одна – умереть раньше или позже. В конечном счете проигрывают все – и богатые, и бедные, и модные, и немодные. Коко Шанель скончалась в одиночестве, имея в шкафу всего три платья, в то время как ее состояние исчислялось миллионами.
Я зашел в ближайший паб, заказал пиво и стейк с картофелем фри. «Война войной, беда бедой, а жрать почему-то хочется всегда!» – часто повторял наш старшина.Когда вечером я вернулся в свою «каморку», позвонил Влад и рассказал, что они с Артуром приняли решение объединить ZET MAX и сеть московских магазинов в одну компанию. Артур считает, что в этом случае отец даст двадцать пять миллионов в обмен на акции такого «мини-концерна».
– Мы с тобой должны написать бизнес-план и подробно изложить стратегию будущей компании, указав прибыль, которая достанется инвестору, – сказал Влад. – Жду завтра в девять в бутике.
На этом разговор завершился.
Я отложил телефон. Отличный ход! Влад в очередной раз доказал, что он превосходный бизнесмен. Я не сомневался, что это именно его идея, а не Артура. Лондонский щеголь производил впечатление человека, умеющего, скорее, ловко стягивать женские трусики, чем быстро соображать. Я был уверен, что теперь задача Влада – «вытащить» из будущей компании не только шесть миллионов для возврата Сержу, но гораздо больше. Иначе он не рискнул бы поставить на карту все магазины. Влад, похоже, решил сыграть ва-банк.
Итак, игра продолжается, ставки выросли до двадцати пяти миллионов.
Осознает ли Кэт, в какую опасную игру она втянута?
Перед тем как лечь спать, я порыскал в Интернете и обнаружил на каком-то деловом сайте давнишние заметки про г-на Штейна. В статье говорилось, что он сколотил состояние на торговле недвижимостью в Москве. Никакого криминала, никаких скандалов, никаких махинаций. Налоги уплачены. Все честно: купил дешево, цены взлетели, продал дорого. Идеальный бизнес – ни оторванных пуговиц, ни кривых швов, или того хуже – пьяных слесарей, спущенных колес, разборок с клиентами. Купил-продал – уехал в Лондон.
Сочинять бизнес-планы несложно. Тут чуть убавил, тут чуть прибавил, что-то подлатал, где-то подкрасил – главное, чтобы выглядело эффектно и сулило сказочную прибыль. Напоминает замысловатый фор-эскиз бального платья: на бумаге все выглядит великолепно, а уж как сошьют, не знает никто.
К вечеру четверга бизнес-план будущей ZET MAX IMPERIAL, как назвал ее Макс, был почти готов. Мы с Владом постарались. Получился объемный труд листов на тридцать – с фотографиями магазинов, улыбчивыми продавцами, графиками продаж и прочей мишурой.
