Два служителя морга подняли долговязое тело Рауля, завернули его в широкую льняную простыню, сделав похожим на тюк белья, и увезли в холодильник. Когда двери холодильника открылись и Рауль ногами вперед скользнул на металлическую плиту, Кокрилл увидел еще несколько «тюков» — три больших и один маленький. На дверной табличке было написано мелом: «Одна женская нога для профессора Праута». Кокрилл подумал о том, как проходит и бесследно исчезает красота: женская нога, возможно с изящной лодыжкой и гибкой ступней, которая легко шагала, очаровательно танцевала, любила ощущение теплого золотистого песка, просачивающегося между пальцами, теперь лежала в холодильнике, предназначенная для упражнений профессора Праута, словно баранья нога для мясника...
— Ну и что вы об этом думаете? — поинтересовался Чарлзуэрт, садясь в автомобиль.
— Я думаю, что вам следует поскорее выяснить, располагает ли кто-нибудь из подозреваемых огнестрельным оружием, — ответил инспектор Кокрилл.
В высшей степени ценное указание!
В большом неопрятном доме на Мейда-Вейл где-то болталось огнестрельное оружие — Мелисса в этом не сомневалась, но не могла вспомнить, где именно. Вероятно, об этом знал кто-то из членов семьи, но все они в данный момент отсутствовали.
— Вы сами давно его не видели? — спросил Кокрилл, сверля ее блестящими глазами.
— Давным-давно, — сразу ответила Мелисса. — Но ведь этого человека ударили мастоидным молотком, а не застрелили, верно?
— Верно, — подтвердил Кокрилл. ~ Он стоял, слегка отвернувшись от убийцы и наклонив голову, подставив нужную ее часть в качестве мишени. Очень любезно с его стороны, не так ли?
Чарлзуэрта внезапно осенило.
— Вы случайно не предполагаете, что убийца вынудил его занять эту позу под дулом пистолета? Ни один человек в здравом уме не стал бы подставлять голову под молоток, угрожали ему пистолетом или нет. Он попытался бы сопротивляться — ведь ему было нечего терять. Должна быть какая-то другая причина.
— По-видимому, — согласился Кокрилл. Он повернулся к Мелиссе. — Где, вы сказали, вы были тогда?
Бюро вынесли из холла, а стоявший на нем телефон заменили другим — столу и телефонному аппарату, несомненно, предстояло фи1урировать в Центральном уголовном суде в качестве вещественных доказательств номер один и два. Холл сузился за счет барьеров, установленных полицией вокруг места, где лежал Рауль Верне. Мелиссе пришлось протискиваться мимо них, и сейчас она и все остальные сгрудились у двери. Но Мелисса надеялась, что чем больше неудобств, тем скорее ей прекратят задавать вопросы.
— Я говорила, что мы бродили в тумане, пытаясь найти дорогу в кино, а потом домой.
— Вы и «Станислас»?
— Вы еще не нашли его? — быстро спросила Мелисса.
— Нет, — ответил Чарлзуэрт. — Похоже, его здесь никто не знает, а от вашего описания толку мало.
— Я могу только сообщить, что он среднего роста и умеренно темноволосый.
— К несчастью, он во всех отношениях средний и умеренный, — проворчал Чарлзуэрт. Хотя этот Станислас был единственным алиби Мелиссы, она не выглядела стремившейся разыскать его. Что, если... — В четверть десятого, когда Рауль Верне звонил по телефону, вы «бродили в тумане»? Вы вернулись домой после половины десятого и не знали о происшедшем, пока не услышали шум в холле и не обнаружили всех стоящими вокруг тела?
— Да, — кивнула Мелисса. Ей снова представились белые как мел пальцы, сжимающие телефонную трубку, пятна крови на паркете, полосатые носки и коричневые туфли с торчащими вверх острыми носами... — Меня тошнит при одной мысли об этом. Могу я идти?
Она боится что-то сказать, подумал Кокрилл. У него создалось смутное впечатление, что Мелисса это «что-то» уже сказала, но он упустил. С другой стороны...
— Нет доказательств, что она когда-либо видела убитого, — заметил он Чарлзуэрту.
— Но ничто не доказывает и противоположного. Если Роузи Эванс доверилась ей...
— Мне трудно представить Мелиссу, мстящей за бесчестье подруги тупым орудием, — прервал его Кокки. — Скорее она прикончила бы подругу из ревности. — Он добавил, что Мелисса, очевидно, знала о доступности огнестрельного оружия, принадлежащего Томасу Эвансу.
— Если вы так зациклились на этой идее, мы могли бы сразу обыскать дом.
— Возможно, было бы проще сначала спросить хозяина, “ предложил Кокрилл.
Появившийся в этот момент Томас Эванс сразу же ответил, что у него есть огнестрельное оружие, если его можно назвать таковым. Это нечто вроде мушкетона — ему миллион лет и большая часть внутренностей исчезла. Оно принадлежало уже упомянутому дяде Хью Эвансу. Где оно? Должно быть, в ящике бюро вместе с другим хламом.
— Позвоните в Ярд, Бедд, — велел Чарлзуэрт.
— Или в комоде на лестничной площадке, — предположил Томас.
Но там оружия не оказалось.
